Лиза вытерла со стола и наконец-то налила кофе. Приятный аромат успокаивал, поднимая настроение. Сейчас она выпьет и выгонит парочку прочь. Но рассказ Беллы о сектантах с их диким "медом" не выходил из головы, пробирая до мурашек. Неужели их город, светлый, уютный город, больше никогда не станет прежним из-за Голицыной?
"— Вы ничего не понимаете, моя дорогая Лизаветта. Это все мелочи, — раздался в подсознании спокойный, до холода в сердце знакомый голос. — Важна лишь Игра во всем ее невообразимом сочетании страсти, жестокости и сломанных человеческих судеб. Пока вы этого не поймете, вас будут мучить призраки прошлого."
— Черт, я точно схожу с ума, — прошептала Лиза, покрываясь потом от догадки. — Пожалуйста, оставьте все меня в покое!
"— Покой — удел слабых, дитя мое. Тех, кто ищут только его, рвут на части изнутри их собственные демоны."
— Хватит! — она вскочила, отбросив кружку и побежала в ванную. Это из-за чокнутой Белки у нее уже едет крыша! Пора брать свою жизнь под контроль!
Девушка молнией подбежала к ванной, надеясь застать этих двух психов врасплох. Но увиденное заставило ее застыть, не веря глазам.
Белка стояла раком по локоть в ванной пене полностью обнаженная, издавая невообразимые звуки, похожие на смесь довольной свиноматки у корыта и медведицы, отвоевавшей чужое логово, и терлась задом о довольного Глеба. Тоже голого!
— Господи, какая мерзость! Вы… вы просто животные! Наглые звери! — прошептала Лиза, пятясь от этого зрелища. — Вы психи… вы… вы…
Белла демонстративно прикрылась шторкой, умело имитируя смущение.
-Лизок, детка, прости нас. Мы заигрались. А вообще... стучаться надо, - она ей нагло подмигнула, загораживая тучную фигуру Глеба. Качок с мерцающим от возбуждения взглядом даже не пытался изображать раскаяние.
Лиза с силой захлопнула дверь. Схватила ключи и пиджак с вешалки. Девушке хотелось поскорее убраться прочь. Их квартира с Максом была осквернена. Да и вообще ее терпение больше не трещало. Оно иссякло.
В коридоре на лестничной клетке она в который раз набрала номер Романова. Длинные протяжные гудки и снова бесстрастный голос оператора, абонент не отвечал.
-Макс, тебя никогда нет, когда ты мне так нужен, - со слезами в глазах пробормотала она в голосовое сообщение. Сбросила вызов и прикрыла на миг глаза.
"— Ну вот и встретились, Лизка! Ты скучала по мне!" — чья-то ручища намотала ей волосы на кулак и рванула так, девушка вскрикнула от неожиданности..
Перед ней стоял Пашка Голицын, руки в крови, капли падают на пол крупными вишнями. На груди раны от выстрелов, но этого психа они мало беспокоят. Он обхватил Лизу за лицо окровавленной рукой и нежно поцеловал в ухо.
"— Теперь мы будем жить одной дружной семьей. Ты же об этом мечтала, верно, сучка? О своем светлом и сказочном мирке?! Вот и дождалась принца, Лизонька!"
Ноги подкосились, а бетонная лестница завертелась перед Лизой, как бешеная карусель. Девушка едва удержалась, как на эскалаторе. В ушах продолжал звенеть хрипловатый голос Пашки Голицына.
- Я больше так не могу...- отмахнувшись от страшного видения, прошептала измученная красавица, - Прости, Макс, я больше так не могу!
На фоне происходящего безумия даже Арс Мадаев казался не таким монстром...
Глава 14
Лиза Сокольская.
Дрожащей рукой я набрала номер Макса. Я просто схожу с ума! Изо дня в день съедаю себя морально, что уже сказывалось и на моем физическом состоянии. Вечные мигрени и отсутствие аппетита сделали меня похожей на призрак средневековой эпохи. Еще и чокнутая развратная сестрица Макса изводила меня своим неистребимым дебилизмом. После того, как я застала их с Глебом в нашей ванной, мне было противно туда входить. Теперь приходилось принимать душ в «Стрекозе», а умываться и чистить зубы — превозмогая позывы к рвоте.
Романов обещал отселить Белку в ближайшие дни. Но его работа стала в нашей паре хуже любовницы. Занимала все мысли трудоголика. И мне приходилось, как сварливой жене, регулярно напоминать ему о данном обещании.
Мои нервы напоминали перетянутые корабельные тросы в бурлящий шторм. Одна капля из этого моря проблем, и они грозились лопнуть и оборваться у основания.
Наша жизнь с Максом походит на гейзер в пустыне. Его никогда нет рядом, вокруг пески одиночества и безнадеги. А раскаленный кипяток накапливаемых проблем бьет и обжигает из недр наших отношений до неизлечимых ожогов.
Гудки в мобильном сменяли друг друга в завидной последовательности. С раздражением отшвырнув телефон на кровать, я резко распахнула дверцы шкафа. Никогда раньше я не позволяла себе рыться в вещах Романова. Я люблю и доверяю своему мужчине. И вот наступило крушение моей выдержки. Мне просто необходимо было провести свое расследование и узнать о Максе то, что он пытался скрыть. Во-первых, я не раз видела, как он складывал бумаги в дальний ящик. Возможно, если я вникну в суть его работы, мне будет легче понять его зависимость от нее. Во-вторых, у Макса хранились в шкафу в старом кожаном чемодане детские вещи. Разглядывая их, я надеялась воскресить в себе умирающие чувства. Моя любовь подвергалась сейчас самым изнурительным испытаниям. В тишине моих мыслей возникали чудовищные догадки, что Романов и есть тот насильник, который надругался надо мной пять лет назад. Я была просто обязана опровергнуть эту информацию! И, в-третьих, я хотела узнать адрес его фирмы. Приехать к нему и сделать сюрприз. Раз гора не идет к Магомету, то пора пойти к ней.
Так и я решила. Раз Макс регулярно допоздна на работе, а с пятницы по воскресенье в командировках, то я должна стать частью его увлечения. Наведаться в его цех по производству игр, присутствовать рядом с любимым мужчиной. Да хотя бы приезжать к нему и вместе обедать!
Тяжелый чемодан был до верха забит старыми вещами. Договора я отложила в сторону, когда под толщей детских альбомов заметила бланки для рецептов. Фармакологические накладные заставили меня начать задыхаться от очередной догадки!
Пару месяцев назад в прокурорском иске против моих родителей основным доказательством были накладные на запрещенные препараты. Аптеки отца получали наркотические и психотропные вещества в огромном количестве. Инспекция после проведенной ревизии доказала, что по остаткам на складе лекарственных препаратов в разы меньше. Тогда отец возмущался и не мог понять, кому было выгодно его подставить и зачем!
Теперь же я дрожащими пальцами вытащила кипу этих накладных у Макса из чемодана!
В памяти всплыли слова матери, что она видела Романова на многих презентациях фармакологических фирм. Ее тогда очень удивило, что интересный бизнесмен, геймер, находит в скучных монотонных лекциях про новые лекарства?!
Сопоставив факты, я прикрыла рот ладонью, чтоб не вскрикнуть от ужасной догадки. Это Макс Романов подстроил арест моих родителей! Это он подделал официальные накладные и проспонсировал судебное заседание против моей семьи! Зачем ему это? Неужели он таким образом рассчитывал заставить меня обратиться к нему за помощью. А я, подгоняемая поставленными сроками и без возможности разыскать Макса, пошла в «Грех» к Арсу Мадаеву!
Что чувствует человек, когда его наотмашь бьют бейсбольной битой по голове? Или когда на ноги надевают якорь и спускают на дно Марианской впадины? Или когда весь дом горит и выбраться невозможно? В момент, когда я разоблачила любимого с детства Макса, я почувствовала, что меня избили битой, утопили, а потом подожгли… Такого колоссального разочарования и боли в груди я не испытывала даже после насилия в восемнадцать лет. А что, если…
Если меня и вправду изнасиловал Макс, а не Арес. И Мадаев прикрыл преступление друга?!