«1) Борьбу с врагом организованным фронтом ликвидировать.
2) Признать, что форма дальнейшей революционной борьбы должна сообразоваться с создавшейся международной политической обстановкой…»
Мало кто из участников той конференции остался в живых…
Были убиты в олекминской тайге председатель Центросибири Яковлев и его друг, народный комиссар Советского управления Сибири, никогда не унывающий Федя Лыткин, которому шел тогда двадцать второй год. Погиб в тюрьме атамана Семенова председатель Сибирского Совета народных комиссаров Гаврилов. Был сожжен в паровозной топке командующий Забайкальским фронтом Сергей Лазо note 28 .
Незадолго до конференции, выступая на митинге рабочих станции Зилово, Лазо говорил: «Прежде всего - не падать духом, не поддаваться панике, не терять веру в победу, ни на минуту не забывать о борьбе, готовиться к ней, работать в подполье, вооружаться!»
Никто из участников той конференции не сомневался в конечной победе революции. Не сомневался в ней и Стрижак-Васильев. И все же тогда он не думал, что придет время, когда он по заданию Сиббюро арестует «верховного правителя», а затем будет присутствовать на его допросе…
Колчак, рассказывавший об обстановке в Харбине, внезапно замолк, обвел глазами сидящих за столом, - Вы что-то хотели, адмирал?
- Если вас не затруднит, папиросу…
Один из членов комиссии протянул ему через стол папиросницу, Колчак достал папиросу, помедлил.
- Возьмите еще.
- Благодарю.
- Продолжайте, адмирал.
Колчак закурил, закашлялся, взглянул на Стрижак-Васильева.
- Итак, Харбин…
Временно победившая в Сибири, на Урале и в Поволжье контрреволюция начала свой путь с того, чем она теперь его заканчивала, - с расстрелов.
На влажной от большевистской крови земле с быстротой поганок появлялись бесчисленные «правительства». В захваченной белочехами Самаре обосновался эсеровский Комуч (Комитет членов Учредительного собрания), в Екатеринбурге - Уральское областное правительство, в Омске, куда после Урульги благополучно добрался Стрижак-Васильев, - Временное Сибирское, во Владивостоке - правительство автономной Сибири эсера Дербера, в Чите царствовал «сын трудового крестьянства» атаман Семенов, в Хабаровске - Калмыков, в Благовещенске - атаман Кузнецов…
Каждое из этих «правительств», опиравшихся на японские, чешские или американские штыки, имело свое знамя, армию (в армии Дербера было 137 рядовых и 105 офицеров) и страстное желание добиться безоговорочной поддержки союзников. Однако зарубежные покупатели пока еще только приценивались… Юные французские лейтенанты в роскошных кепи и затянутые в хаки английские капитаны покровительственно похлопывали по плечу «суверенных правителей», «председателей советов министров», «главнокомандующих», угощали их коньяком и сигарами, иногда снабжали оружием… Но и только.
Союзников не устраивали маломощные игрушечные «правительства». Им нужна была единая контрреволюционная власть, достаточно сильная, чтобы раздавить большевизм. Они не хотели зря тратить денег и отстаивать перед оппозицией у себя в стране карликовых правителей, которые одной рукой подписывали широковещательные декларации, а другой складывали чемоданы.
После многочисленных совещаний, закулисных переговоров, угроз и неприкрытого давления первый шаг к созданию единой власти был наконец сделан. Скрепя сердце омское Временное Сибирское правительство протянуло руку дружбы эсеровскому Комучу.
Английский генерал Нокс в своем заявлении генералу Болдыреву писал: «Я сделаю все, что в моей власти, чтобы оказать помощь русскому правительству в деле формирования русской армии на следующих ясных и понятных условиях:
1. Новая русская армия должна быть без комитетов и комиссаров. Ни офицеры, ни солдаты не должны вмешиваться в политику.
………………………………………………………………………………………………..
6. Большое разочарование для союзников, которые стараются помочь России восстановить силу, что русские вожди так долго не могут сговориться относительно состава Временного правительства.
Мы имеем право требовать, чтобы все личные и партийные интересы были устранены и сильное правительство сформировано, которое не препятствовало бы в создании армии для спасения России».
И вскоре на уфимском совещании было провозглашено «Всероссийское Временное правительство» - преемник почившего в бозе правительства Керенского. Оно состояло из Директории, возглавляемой бывшим председателем исполкома Всероссийского Совета крестьянских депутатов Авксентьевым, и «совета министров», председателем которого был член той же Директории Вологодский, руководивший до этого «Временным Сибирским правительством».