Да иначе не могло быть. Инфляции непоявившихся денег предшествовала инфляция политических идеалов «верховного правителя», катастрофическое обесценивание его лозунгов, стремлений и концепций…
«Вам вынес приговор военный суд, а вашим руководителям его вынесет история».
Беседа между ними проходила наедине. Но эти заключительные слова были сказаны Колчаком в присутствии дежурного адъютанта и чиновника управления государственной охраны. Такие же чеканные, как его профиль, и такие же звонкие, как непоявившиеся монеты, они должны были облететь белое воинство, вдохновляя его на ратные подвиги. Способный морской офицер и бездарный правитель - они оба без меры любили театральные эффекты. Колчак всегда был позером. Что же касается истории…
Для «Монаха» история была дорогой кокоткой, с которой можно весело провести время, пофлиртовать, а затем, немножко поторговавшись (зачем переплачивать?), купить ее благосклонность - ненадолго, на ночь. Контрразведчик Гриничев воспринимал ее как пьяного мужика, который, побуянив и протрезвев в участке, чешет себе в затылке и вновь берется за деревянную соху.
Для Ишурина и история, и вся его жизнь представлялись длинной цепочкой унылых убийств. Убивать было обязанностью его и истории. А обязанность следует исполнять добросовестно, по возможности избегая радикулита, простуды и других неприятных вещей, осложняющих жизнь и доставляющих лишние хлопоты заботливой жене и многочисленным детишкам…
А Колчак?..
Стрижак-Васильев улыбнулся. Ему пришла в голову мысль, что в представлении адмирала история была чем-то вроде хорошо объезженной лошади… Нет, скорей, муштрованного солдата, который только и делает, что тщательно выполняет команды коронованных и некоронованных повелителей. «Смирно! Равнение направо… Кругом! Шагом марш!..» И, повинуясь властному голосу адмирала, история России должна повернуться на 180 градусов и двинуться в противоположном направлении - от 1918 года к 1916-му, а еще лучше - к 1914-му…
Мышление капрала, которому император вручил воинский устав, а господь бог - палку.
Нет, историю можно было уподобить чему угодно, но только не солдату. Она никогда не подчинялась палочной дисциплине, была себе на уме и достаточно своенравна. Кроме того, в отличие от адмирала она обладала чувством юмора. И с ним она сыграла достаточно злую шутку…
Еще будучи гимназистом, Стрижак-Васильев в шестом классе увлекся историей Франции XVIII века. В книгах, которые он тогда читал, было много поучительного и неожиданного. Но самым поразительным казалось полное несоответствие - и не такое уж редкое - между стремлениями людей, их поступками и последствиями этих поступков.
Подобными парадоксами была богата и история других стран, в том числе и России. Впрочем, то, что он тогда называл парадоксами, были не парадоксы, а характерные закономерности - диалектика истории…
Если бы Колчаку кто-либо сказал, что, став у кормила власти, он тем самым приблизит торжество революции, адмирал бы рассмеялся: уж кто-кто, а он делал все, чтобы выкорчевать в Сибири, на Урале, в Поволжье и на Дальнем Востоке корни и корешки большевизма. Но в том-то и заключался юмор истории, что действия адмирала привели к совершенно неожиданным для него результатам…
Стрижак-Васильеву вспомнилась статья в одном из номеров газеты политотдела Пятой армии. В ней цитировалась речь Ленина перед слушателями Свердловского университета. «Все, что могло бы парализовать революцию, все пришло на помощь Колчаку, - говорил Ленин. - И все это рухнуло, потому что крестьяне, сибирские крестьяне, которые менее всего поддаются влиянию коммунизма, потому что менее всего его наблюдают, получили такой урок от Колчака, такое практическое сравнение (а крестьяне любят сравнения практические)) что мы можем сказать: Колчак дал нам миллионы сторонников Советской власти в самых отдаленных от промышленных центров районах, где нам трудно было бы их завоевать» note 30 .
Белый диктатор в роли вербовщика сторонников Советской власти… Как видите, господин адмирал, история умеет шутить. И, уничтожая политических противников, вы тем самым готовили себе место в «висельной камере» иркутской тюрьмы…