Я тяжело вздохнула. Рядом стояли двое вадовцев, сложивших оружие. Я выстрелила в голову одному, потом сразу второму. Имперская винтовка отработала прекрасно. Я знала, что Трой сейчас косо на меня глянет, но эти парни были лишними свидетелями. Доктор вздрогнула, когда я навела пушку на неё, и быстро принялась что-то тыкать на панели медицинского куба, куда была погружена грудь Матео.
— Она нужна, — голос Троя прошёл мурашками по спине. — Поможет транспортировать Матео. И Винсент… если хочет жить, — он указал на мужчину в наручниках, который буквально остолбенел, следя за дулом моего пистолета.
Оно медленно двигалось к нему.
— Винсент проведёт нас, — сказал Трой. — Да?
Темноглазый имперец в наручниках стоял с каменным лицом.
— Проведу, но подобный ультиматум — метод недостойных, — сказал он через силу.
— Трой~
Мы шли по пустому коридору, мой пистолет утыкался Винсенту в спину. Наручники пришлось с него снять. Мы все теперь были вадовцами, кроме Принс, которую наша группа якобы поймала.
Я видел мир чудовищно резким, но таким далёким, будто смотрел фильм о каком-то авантюристе, что бесстрашно спасает оставшихся друзей в украденной форме ВАД. Разве это мог быть я? Разве может быть так, что Коня больше нет?
Разве могу я что-то чувствовать к этой сумасбродной хладнокровной девушке, что идёт рядом со мной? К той, что убивает людей, не моргнув и глазом?
Но я чувствовал. Когда наши с Принс руки случайно соприкоснулись, я даже через перчатки снова ощутил полноту реальности. Понимал, она сделала то, что необходимо. Здесь не было иного выхода. Или они, или мы.
Принс посмотрела на меня и виновато улыбнулась, опустив взгляд в пол. Я видел её лицо сквозь чуть затемненное забрало шлема. Её короткие тёмные волосы рассыпались по вискам. Наверное, она считала, что я осуждаю её, или думала, что Конь погиб из-за неё.
Но я не корил Принс. Конь спас меня. Сделал то, что заложено в его программе. Можно испытывать угрызения совести, что я вообще втянул его в эту историю. Но без этой истории моя маленькая сильная девочка так и была бы на каторге.
Меня только раз охватила тупая боль, когда я, забыв, послал запрос Коню про местоположение, а он не ответил. Исигуро позади нёс его останки.
Это была моя ответственность. Но я не жалел.
Мы свернули из первого коридора во второй. Мимо прошли двое пиратов из технической обслуги. Они, скривив лица, ускорили шаг. Вадовцы на корабле наверняка им самим ужасно не нравились.
Я выдохнул. Хорошо, не имперцы, эти бы точно почуяли подвох. Мы приближались к последнему коридору, и тревога росла вместе с подступающей радостью. Мы почти выбрались.
— Как Матео? — спросил я у Тардис, когда пираты скрылись за дверью.
— Уже лучше. Операция ещё идёт, сложно сказать, — хрипло произнесла она. Затем добавила тише, заглядывая в экран медицинского куба: Сэр… А что будет с нами? Со мн..
Внезапно она замолкла, впереди показался отряд из пятерых вадовцев. Я сглотнул слюну. Хорошо, за затемненным шлемом не было видно моего лица.
— Осведомитель Крейсон, — обратился ко мне один из имперцев, отличающийся от остальных синеватыми полосами на чёрном шлеме. — У нас раненный? Почему на нём шлем другого бойца?
Видимо, на мне был бронекостюм некоего Крейсона. Я почувствовал, как по лбу течёт пот. Если сейчас прозвучит мой голос, то всё пропало. Нас четверо, их пятеро. Шанс есть, но может подняться шум, подкрепление…
— Это Бай Лянь, — вдруг сказала Тардис. — Лицо сильно обезображено… собственный шлем потерян. Для фиксации костей пришлось использовать шлем Дэвидсона.
Я чуть нажал на спусковой крючок, чтобы Винсент услышал звук заряжающегося бластера, но при этом луч не пронзил его насквозь.
— Надсмотрщик Левин, Дэвидсон погиб, — произнёс Винсент.
— Хорошо, что вы живы… я вас предупреждал, — продолжил вадовец. — Это не какая-то легкая прогулка. Мы столкнулись с бойцами отряда «Параклет».
— Со мной всё в порядке, я лично поймал беглянку, — улыбаясь, сказал Винсент. — Скоро найдем Троя. Передайте отцу.
— Передам, сэр, — показалось, он поклонился Винсенту, а затем перевёл взгляд на Тардис. — Приведите Бай Ляня в порядок.
Вадовцы пошли дальше. Я хотел было выпустить воздух из лёгких, как вдруг надсмотрщик Левин остановился.
— А куда вы ид… — не успел он задать вопрос, как Принс и Вараха открыли огонь, расстреливая всех до одного вадовцев.
— Скорее! Ангар за этой дверью! — воскликнула Принс и прострелила панель открывания шлюза.
Тардис испуганно покосилась на неё, словно боясь, что та услышит:
— Что будет со мной? — сказала она, пронося носилки с Матео в ангар.
— Как быстро Матео поправится в этом аппарате? — спросил я.
— Примерно за… за… сутки, у него очень тяжёлое ранение, — пролепетала доктор.
Мне казалось, что она лжёт. Но если эта ложь сохранит ей жизнь, то я бы предпочёл в неё поверить. Человек не может быть средством. Довольно на сегодня смертей.
— Вы нужны пациенту, полетите с нами, — сказал я.
Исигуро стукнул хвостом Коня об пол от этих слов. Принс непонимающе уставилась на меня, широко распахнув глаза.
Я ничего не сказал, просто поджал губы, словно прося. Не знаю, разглядела ли она это через шлем, но оглянулась на Вараху, потом снова посмотрела на меня.
— Мы должны сделать всё, чтобы сохранить жизнь Матео, — сказала Принс, отворачиваясь. — Доктор летит с нами.
— А меня вы собираетесь прикончить? — Винсент резко остановился.
И я увидел, как Принс целится в него, кивая.
— Нет, Принс, — я тепло выделил её имя. — Он нам нужен, он сын главы Внутреннего Антитеррористического Комитета… Пусть Альдо решает. Никогда не поздно будет прикончить его.
Мне даже показалось, что я почувствовал, как Винсент вздрогнул. Принс опустила оружие и подскочила к транспортнику, куда уже грузили носилки с Матео. Я толкнул Винсента пистолетом в спину, и он сделал шаг к кораблю.
— Иди и не делай глупостей, — прошипел я.
Глава 5. Террористы
— Сантьяго~
Носилки. Израненный человек в медицинском кубе имперцев. Я не сразу понял, что это мой брат. На долю секунды я завис не дыша. Всматривался в окровавленные куски плоти на том, что когда-то было лицом Матео. Я видел тысячи смертей, десятки тысяч ранений. В том числе был ранен сам. Но ещё никогда боль так не оглушала.
Я помог втащить в корабль носилки, переложил Матео на скамью. Он был без сознания, что-то шептал в бреду. Имперская женщина-доктор двигалась, как марионетка, привязанная к Матео: стоило ему шелохнуться, она кидалась к панели на медицинском кубе и что-то проверяла. В другой ситуации я бы не допустил лишних пленных на корабле, тем более не связанных и не запертых. Но я понимал, что жизнь Матео сейчас зависит от этого медицинского агрегата, а врач точно знает, что, если с раненым что-то случится, она отправится на тот свет.
Я прислушался, не стреляют ли снаружи. Тихо. Тишина и радовала, и оставляла гнетущее предчувствие.
— Трой, Гаки, по местам, — скомандовал я, едва увидел их. — Контроль автопилота.
Трой бросил беглый взгляд на Принс, которая села рядом со мной. Я посмотрел на него и кивнул, поторапливая. Он умчался в кабину пилотов следом за Исигуро.
У транспортника, на котором мы находились, был неплохой щит, но если по нам будут стрелять, то понадобится такая манёвренность, с которой вряд ли справится автоматика.
— Как ты? — спросил я у Принс.
— Лучше, чем Матео, — сухо сказала она, отворачиваясь к пленному имперцу, связанному и с заклееным ртом.
В ногах у Принс лежала груда железа, которая раньше была роботом Троя.
— Я благодарен тебе, — сказал я очень тихо, наклонившись к её уху. — Если бы ты не пошла за ним, Матео бы…
Она сжалась от моих слов, жилка на её шее напряглась. Принс были приятны эти слова. Слова. Казалось, они делали её сильнее. Если бы она не вернулась, мы погибли бы все. Она справилась. Теперь у Матео есть шанс.
— Карлос бы тобою гордился, — сказал я, и она задрожала.
— Остановись, — процедила Принс сквозь зубы надломившимся голосом, и я не понял, что с ней происходит.