— Так-так-так, — сказал второй мужчина, брюнет, который согласно анализу нейросети, имел чин выше, чем лысый. — Трой Этнинс и Матео Родригес. Предатели, на чей расстрел Император устроит праздник. Закатит пир.
Он сказал это так, будто и не ждал ответа.
— О, это известная традиция, Император любит устраивать праздники на костях, — усмехнулся Матео, так и сидя в углу камеры.
— С кем имею честь говорить? — спросил я, буравя брюнета взглядом.
— Я полковник СИБ Лайнел О’Коннор, а это начальник научного отдела форпоста Санни Лаучер. — сухо отчеканил он, кивая на лысого. — Запомните имена тех, кто вас пленил…
— А пафоса-то сколько, такое чувство, что вы полковник театра, — усмехнулся Матео.
— Впрочем, Император будет рад, если ваши трупы бросить к его ногам. Поймать живыми или мертвыми, так гласит ориентировка, — О’Коннор поднял вверх ладони будто взвешивая в них что-то. — Дни вашего глупого восстания сочтены. Уже завтра армия императора уничтожит мятежный Копенгаген.
Он подошёл ближе к решётке и с насмешкой заглянул мне в глаза:
— От станции ничего не останется в считанные секунды.
Я постарался оценить, запугивание ли это.
— Сомневаюсь, — ухмыльнулся я, пусть внутри и было волнительно за Принс.
— Жаль станцию, столько денег в неё вложено, — О’Коннор пожал плечами.
У него, темноволосого, были ярко-синие глаза, такие, которые бывают, если пить стимуляторы для увеличения работоспособности. Впрочем, у Линкольна глаза тоже выглядели слишком яркими, словно пылали зелёным. Такие медикаменты были обязательно в комплекте у спецслужб и пилотов, поэтому я о них знал. Применяли их в крайнем случае, потому что они были токсичны для организма.
— Зачем вы пытались пробраться на Броссар? — спросил напористо лысый начальник научного отдела Лаучер.
— Полюбоваться красотами… — спокойно ответил Матео из-за моей спины, он так и не встал с пола. — Видели, как там земля светится синим? Просто вау-эффект. Пробирает до спинного мозга. Рекомендую проводить туда экскурсии.
Лысый ничего не сказал, да и лицо его осталось таким же каменным.
— Вау-эффект у вас будет от шокера, до костей точно проберет, — улыбнулся О’Коннер. — Отвечайте на вопрос, предатели!
Мы с Матео ничего не сказали. А что говорить?
«Конь, местоположение» — передал я запрос.
«Внешняя обшивка Форпоста, возникли сложности с тем, чтобы попасть внутрь»
«Ты уже проник?»
«В процессе, ещё пять минут и буду у вас».
— Что вы там искали? Не это? — сказал Лаучер, доставая из кармана маленький прозрачный контейнер с колбой светящихся пузырей. Я несколько раз моргнул. Это было так знакомо, и знакомо неприятно.
Вуаль? Это была та самая вуаль? Инструмент для клеймения жертв рая… Точно? Мне не кажется? Я ошарашенно обернулся на Матео, и у того тоже челюсть немного отвисла.
— Вы не открывали!? — пробормотал я, опасно приближаясь к лазерной решетке, чувствуя её жар на лице.
«Конечно, они открывали, сынок», — голос мамы снова заставил все внутри меня сжаться.
— Какая разница? Это какое-то оружие? — начал О’ Коннор.
Я ничего не ответил. Всё ещё находясь в шоке. Как это? Я правда схожу с ума? Схожу с ума в такой важный момент?! Или что-то здесь в системе Веги заставляет меня сходить с ума, как заставляло Карлоса?
А ведь люди часто съезжают с катушек именно в напряжённых ситуациях.
— Не хотите говорить? — очень спокойно спросил лысый. — У нас есть то, что развяжет вам языки.
И тут жар от лазерной решетки усилился, она поползла прямо на меня, грозя порезать кубиками. Я едва успел отскочить.
— Как думаешь, если Императору преподнести пазл из предателей, он не будет против? — спросил брюнет у лысого. — Думаю, что он будет только за.
Лысый глянул на него, как на идиота, но ничего не сказал. Решетка медленно приближалась, и тонкие красные линии пугали до оторопи. Такие разрежут плоть, как нож масло, за долю секунды. Возможно, мы и ничего понять не успеем.
Глава 10. Имя, которое не отмыть
Сантьяго
Я вышел из кабинета Миры Гаус удовлетворённым. Лучше просто и быть не могло.
Она нашла для нас нужное оборудование. Даже пару дополнительных операторов для системы беспилотных буксиров, которые уже начали раскатывать минные линии.
Можно сказать, что проблема решена. Мы успеем за оставшиеся тридцать часов справиться с планом работ.
Да и стоило это мне совсем немногого. Сущую мелочь.
Я поправил выданную мне Аресом темно-зеленую форму советника по обороне. Она была мне тесновата в паху. Хотя я утром и подгонял её по размеру.
Две девушки-секретарши проводили меня пристальными взглядами, причем у одной он был испуганным, а у второй каким-то голодным. Н-да. Я озадаченно провел по ежику волос ладонью и нажал на кнопку вызова лифта.
«Как все прошло?» — пришло сообщение на планшет. От Джессики.
Наверняка она ревновала. Совсем немного и очень горячо. Я вспомнил вчерашнюю ночь.
«Твоя идея сработала», — ответил я.
Я показал Мире фотографию Смарта и сказал, что он не занят и прилетит к нам сегодня. Ему удалось вырваться из осажденных корпоратами колоний.
Конечно, Смарт самый щуплый из оставшихся в живых солдат Параклета, но вид у него вполне себе брутальный. Впрочем, Мира сразу почти согласилась. Мне никогда бы не хотелось заниматься подобными вещами, но если на кону оборона станции и глупая начальница ищет, кто бы погрел ей постель, думаю, что переключить её на Смарта хорошая идея.
А он умный парень, найдет, как её отвадить. Если захочет. Скорее, ему будет в радость женское внимание. Он постоянно хандрил, что с девчонками ему не везёт.
«Я рада быть полезной»
Джессика чем-то напоминала мне мать, и это радовало и печалило одновременно. У неё много других потрясающих качеств, кроме услужливости и кротости. И они нравятся мне не меньше, или даже больше.
«В любом случае это ужасная глупость со стороны Миры… Не этими вопросами я должен заниматься»
Ответа сразу не последовало. А я уже добрался до карцера, где должен начаться допрос. Я открыл дверь и вошёл. Услышал в отдалении крик. Очевидно, Арес с утра не ерундой страдал. Он начал допрос без меня.
Раздражение кольнуло множеством иголок, но его тут же сгладило сообщение от Джессики:
«Ты же теперь большой человек, и решил важный вопрос».
За неделю она успела меня хорошо понять. Или это я почему-то ей много рассказал? Да. Открылся. Больше, чем нужно было? Я поймал себя на мысли, что в самый раз… Джессика лучшее, что случалось со мною за долгое время.
Я сейчас решил важный вопрос. Как бы то ни было.
«А ты лиса!» — написал я ей ответное сообщение, спускаясь по небольшой лестнице в глубь карцера.
«Подруга большого человека…»
Я чуть было не поправил её «а может, будущая жена большого человека?». Но не стал. Надо сначала войну выиграть… потом уже давать обещания. Я не Трой. Уже научен опытом.
— Сантьяго! — воскликнул Арес, увидев меня, и махнул рукой на комнату, где проводили допрос.
Она была помпезная, как и вся эта станция. Белая, с золотистой окантовкой по потолку. Я осторожно убрал свой планшет в сумку. Мне было неудобно его носить, слишком он громоздкий, но что поделать. У меня в голове нейросети не было.
— Он уже что-то сказал? — произнес я, заметив мужчину с недолеченными в капсуле ожогами, сидящего на стуле посреди камеры. Кровь сочилась из-под наручников на запястьях. Очевидно слишком плотно сомкнутых.
У него было глянцевое розовое лицо с тонкой-тонкой, как плёнка, кожей. Абсолютно лысая, такая же глянцево-розовая голова. При этом глаза излучали высокомерное спокойствие. Такой или уже всё рассказал, или, вероятно, ничего не скажет очень долго.
— Мы только начали, — улыбнулся Арес.
Наши с пленным взгляды скрестились. У него серые глаза, которые очень странно смотрелись без ресниц. Почему-то лицо его привлекало мой взгляд, будто в нем я находил знакомые черты. Острый подбородок, светлая радужка, нос приплюснутый. На меня Рой смотрел совсем иначе, не так, как на Ареса или его людей. Под спокойствием было ещё что-то. Какой-то концентрированный яд презрения? Прожигающий лазер ненависти? Что-то, отчего слюна у меня во рту стала кислой.