— Да, Мастер, — почти неслышно ответил Киндан, чувствуя себя пристыженным.
— И ты еще надеешься стать арфистом? — спросил Мастер-Арфист, его голос был сложным.
Киндан смог только молча мотнуть головой, — Не знаю, — признался он наконец. Он не знал, как будет лучше: встать, упаковать вещи и покинуть Цех Арфистов, или просто убежать. Никогда он не чувствовал себя таким подавленным.
Муренни перевёл взгляд на Ваксорама.
— Как мог ты допустить это? — спросил Муренни. Старший ученик молча покачал головой, но Муренни дожал его. — Кто разбудил их утром?
— Я, — признался Ваксорам.
— Как? — спросил Муренни, его лицо выражало любопытство, — Почему ты не сообщил об этом? Раз Киндан опозорил себя, твоя честь будет восстановлена.
— Он не совершал бесчестного поступка, — сказал Ваксорам, открыто встретив взгляд Мастера, и взглянул на Киндана. — Я не предам тебя.
Киндан только кивнул неловко, онемев от неожиданной глубины преданности Ваксорама.
— Мастер-Арфист Муренни, — вмешалась Кориана, — я люблю Киндана. Я бы никогда не позволила ему сделать что-нибудь, что могло бы уронить его честь.
— И, тем не менее, ты сделала это, — рявкнул Муренни. Он указал на её руку, сжимающую руку Киндана, и Кориана тут же отпустила её, словно ужаленная. — Ты опозорила его, своего отца, меня, свой Холд и Цех Арфистов. — Муренни перевел взгляд на Киндана. — Вы оба.
— Я люблю её, — ответил Киндан, снова сжав руку Корианы.
— Больше, чем свою честь? — настаивал Муренни. — Больше, чем её честь? — он не дождался от них ответа и продолжил. — Что же это за любовь, которая требует бесчестия и лжи для своего существования?
— И вы можете поверить, — его голос наполнил комнату своей силой, — хоть на мгновение, что это запятнанное чувство продолжится?
— Но я люблю его! — крикнула Кориана, зарыдав и закрыв лицо руками.
Муренни грустно покачал головой, — Я вижу только потребность, но не любовь.
Кориана смотрела на него с молчаливым возмущением на лице.
— И предательство, — продолжил Муренни, его голос был тих, но тверд. Киндан возмущенно посмотрел на Мастера-Арфиста, злясь, что тот причиняет Кориане столько боли, но Муренни, не обращая на него внимания, продолжал. — Предательство своей чести, своей семьи и самой себя.
— Но отец не… — попробовала возразить Кориана.
— Не теперь! — Муренни оборвал её. — Теперь ты никогда не узнаешь, как он повёл бы себя, если бы вы пришли к нему честно, с открытым сердцем и рассказали ему свои истинные чувства. — он взглянул на Киндана. — И ты никогда не узнаешь, как бы я ответил и как бы мог вам помочь. — он покачал головой. — Вы оба предали друг друга точно так, как если бы сражались на дуэли до смерти.
Страшная тишина повисла в комнате, но она продолжалась только мгновение — её прервала ворвавшаяся в комнату, сверкая золотом, молния. Корисс появилась из Промежутка, захватив с собой ледяной воздух, полный мелких льдинок, и наполнив комнату громкими, хриплыми криками, её глаза светились красным от гнева и смятения. Кориана попыталась схватить её, промахнулась, но снова схватила возбужденную золотую, прижав её к телу. Потребовалось несколько минут, пока красные фасеточные глаза Корисс изменили свой цвет на более спокойный — зеленый, и маленькая золотая прижалась к груди своего партнера, воркуя.
Киндан наблюдал за происходящим с растущим чувством беспокойства.
— Кориана, — напряженно спросил он, — у Корисс есть образ для тебя?
Кориана непонимающе смотрела на него, и Киндан сказал ей, — Закрой глаза и сосредоточься на ней.
Кориана сделала это, её лицо какое-то время еще выражало удивление, но затем её глаза открылись, и она с тревогой сказала, — Сюда идёт отец, и с ним стража!
— Ну вот, — пробормотал Муренни, взглянув на Киндана и Ваксорама, — этого я и боялся.
С Мастером-Арфистом во главе все четверо встретили Лорда-Владетеля Бемина сразу за аркой, ведущей в Цех Арфистов.
— Лорд-Владетель, — приветствовал его Муренни, низко поклонившись. Бемин смотрел на него холодно, по обе стороны от него стояли два крепких стража и сзади еще четверо, все с мечами. — Мы собирались идти к вам.
— Я вижу, — сказал Бемин и резко махнул дочери. — Kориана.
— Отец, — покорно ответила Кориана.
— Твоя мать очень волновалась, — сказал Бемин, и Киндан подумал, что это не похоже на правду: Лорд-Владетель был так взволнован, что было больше похоже на то, что до него дошли слухи об отношениях Муренни и Санноры.