— Она слегла вчера, — сказал Бемин. Киндан оглянулся на Лорда-Владетеля, угадав его следующие слова. — Она ухаживала за тобой.
Киндан встревоженно оглядел Большой Зал, — А где Фиона? Где твоя младшая дочь?
Бемина тут же охватила паника, — Во имя Первого яйца, Бемин, куда ты дел своего ребенка? — проклинал себя Лорд-Владетель, стуча кулаками себя в грудь и захлёбываясь рыданиями. — Какой же ты отец?
Тут Киндан заметил малышку в ворохе грязной одежды и вернулся к Лорду-Владетелю. Осторожно взяв обезумевшего человека за руки, он развернул Бемина лицом к ребёнку. — Вот она, и с ней всё в порядке.
Беззвучно рыдая, Бемин подошел к Фионе и схватил её, прижав к груди, — Она жива!
Фиона была жива и казалась достаточно здоровой, хотя была напугана и голодна. Она вяло ответила на объятия Бемина, но в ее глазах появилось что-то, какой-то намек на жизнь, которая уже покидала её.
— Отнеси её на кухню и дай ей еды, — приказал Киндан. — И не забудь о себе.
Бемин вздрогнул, потом вопросительно посмотрел на Киндана.
— Со мной всё будет хорошо, — сказал Киндан устало махнув рукой. Он повернулся и оглядел длинный ряд коек, не сомневаясь, что он самый молодой целитель за всю историю Форт Холда.
«Шаг за шагом», слова Ваксорама звучали в его голове. Медленно и вдумчиво Киндан применил совет Ваксорама на практике, шаг за шагом переходя от одной койки к другой, меряя температуру, произнося успокаивающие слова и пробуждая в них желание исцелиться.
Ему помогал Волла, явно одобрявший его выздоровление и действия, он то бодро щебетал над одним пациентом, то тихо пел для другого и не отставал от Киндана ни на шаг. Однажды Киндан понял, что файр внимательно следит за ним — когда он остановился у койки, занятой новой маленькой девочкой, которая кипятила белье в ванне.
— Как ты себя чувствуешь? — тихо спросил Киндан.
Она скорчилась, пытаясь отвернуться от него, — У меня болит голова, — простонала она, уже не имея сил плакать. Киндан кивнул и огляделся вокруг. Сок феллиса весь ушёл на Ваксорама, и потребуется целая вечность, чтобы его приготовить…
Внезапный шум крыльев, затем снова тот же шум, и Волла сбросил бутылочку с соком феллиса в руки Киндана.
— Вот, — сказал Киндан, откупорив бутылочку и налив немного сока в рот ребенку, — это поможет.
Спустя несколько мгновений она облегченно вздохнула и закрыла глаза. Киндан поднялся с её кровати и повернулся к Волле. — Спасибо.
Файр тихо чирикнул, устроился на плече у Киндана, чтобы нежно потереться головой о его щеку, затем снова поднялся в воздух, направляясь к следующему пациенту.
Где-то сзади кто-то из больных кашлял громко и долго. Киндан повернулся и вычислил кашляющего по лёгкому облачку мокроты, плавающему в воздухе рядом с ним. Кашель разносил болезнь, в этом Киндан был уверен. Распространялась ли она иным путём, он не знал. Но как можно защититься от кашля?
В его памяти всплыл давний сон, парашют спускался и опутывал его лицо. Не парашют, а маска!
— Волла, можешь передать сообщение М'талу? — спросил Киндан, обернувшись к своему бронзовому. В этот раз он повнимательнее присмотрелся к файру, и обнаружил, что Волла совсем исхудал и был не бронзовым, а почти коричневым от усталости. Но Волла радостно чирикнул и направился к столу в конце Большого зала, рядом с выходом на кухню. Киндан последовал за ним и с радостью обнаружил там стул, стилус и несколько клочков бумаги. Здесь же стояла и бутылка с чернилами, которую он уже использовал много дней назад.
Усевшись, он увидел на столе скомканный кусок ткани и высохшую зеленоватую мокроту. Возможно, Килти пролежал здесь до самой смерти. Киндан какое-то время смотрел на это место, затем осторожно переставил стул.
Он писал медленно, используя больше бумаги, чем в прошлый раз, но его инструкции должны были быть понятными для любого.
— Чем ты занимаешься? — голос Бемина резко прервал его мысли.
— Отправляю записку М'талу, — объяснил Киндан, не поднимая глаз. — Я думаю, если у нас будут маски…
— Маски? — переспросил Бемин.
— Чтобы преградить путь кашлю, предотвратить распространение…
— …болезни, — закончил Бемин, кивнув так сильно, что потревожил малышку Фиону, лежавшую у него на руках. — Да, это может помочь. — он нахмурился, и Киндан выжидательно посмотрел на него. — Но может быть уже слишком поздно, у нас кончается еда.
— Еда? — безучастно повторил Киндан. — Но наши кладовые, зерно, сушёные фрукты…
— Мы ничего не сможем сделать без помощи здоровых людей, — ответил Бемин. — Тем более того, чем мы сможем накормить больных.