Арфистка из Африки
1
Мужчина сел и оглядел окружающее его пространство взглядом матерого киллера.
- В смысле?
Привыкнув за последний месяц засыпать в чужой постели, он вполне резонно ожидал, что поутру его встретят всклокоченное афро и босые пятки из-под одеяла. И оттого удивительно было ему оказаться посреди основательно вспаханного поля, чей урожай злаковых был варварски потоптан «змагарами». Чьи торчащие отовсюду из земли пики, мечи, секиры и отрубленные части тел, минимизированные в разных местах без анестезии, органично украшали пейзаж. Отчего в рассветной туманной дымке со всех сторон массово стонали совсем не манер коллективного фильма для взрослых, а мучительно, срываясь на крики и мольбы. Не то о помощи, не то о милосердии.
Надо отдать должное, суровые воины в железе, бродившие по полю и ничем не напоминавшие добрых африканских папуасов, всем шли на встречу. Добивали благодарных страдальцев. Среди коих внезапно и обнаружилось новое действующее лицо. Неблагодарное в лучших свинских традициях, то бишь, добиваться не желавшее.
Мужчина был относительно недавно и вполне успешно реставрирован, и, как он надеялся, достаточно восстановился для дальнейших подвигов. Поэтому, даже не будучи ни крутым десантником, ни Рэмбо в тринадцатом колене, довольно шустро откатился в сторону. Выполнил прыжок с прогибом в пояснице из положения «лежа» в боевую стойку и сразу же нанес удар ногой между кольчугой и бородой, выглядывающей из-под кастрюльного шлема.
Вот все-таки таблетками и микстурами навыки не пропьешь. Трахея бодро треснула, сплющилась, а бородач булькнул и завалился, бросив и меч, и щит. Правильно, человеку, которому нечем дышать, оружие и средства самозащиты нужны как-то меньше, чем качественная трахеотомия и кислородный баллон, ввиду отсутствия аппарата ИВЛ. А внезапному персонажу кое-что пригодится. Пока хотя бы щит.
Нет, при острой нужде, он и железяку мог приспособить. В их подразделении был инструктор, который настаивал, что порядочный боец просто обязан уметь превращать в оружие даже детское пластмассовое ведерко. Но играть в Кулибина или Левшу от военпрома пока резона не было, а вот вариант поймать что-либо острое и летающее глазным яблоком, был. Поэтому сухопарый мужчина счел благом возможность бодро укрыться за тяжеленой деревяшкой, окованной металлом из некачественной стали. И вовремя.
Стрела чиркнула где-то сбоку. Мужчина зашипел и попытался сменить диспозицию. Бесполезно. Он находился в плотном окружении. А комплектация пижамы, в которую его насильно упаковала медсестра из госпиталя, не предусматривала встроенной гранаты смертника, чтобы ценой жизни унести с собой как можно больше врагов.
Пришлось сдаваться. Пока. До выяснения обстоятельств. И телепатически благодарить эту самую медичку за ночное одеяние из черного искусственного атласа, больше похожего на полиэтилен. Потому что в жаркой-жаркой Африке у него выработалась отвратительная привычка спать голышом... Что тут могли не понять и попытаться ликвидировать чужака-нудиста.
К счастью, сразу убивать его не стали, и тем самым вояки неосознанно спасли свое поголовье. А то, что руки заломили и поставили пред голубые очи местного командира, так на это он нехотя, но согласился.
- Вот, Ждан, это он Прошку убил.
- Этот? – удивился голубоглазый богатырь ростом пленнику... приблизительно по плечо.
Они тут все такие были, натуральные, без признаков акселерации из-за питания гормонально-взращёнными бройлерами. Но крепкие и бородатые, как гномы, полвека без устали махавшие кайлом в забое. Попаданец же, в противовес, имел субтильный унисексевский вид выкормыша современной гендерной политики. Этакий безобидный ботаник-геймер, неожиданно выплывший из своего компьютерного кресла в супермаркет за «пожрать», о, ужас, нарвавшийся на призывную комиссию и теперь изображавший недоумение на передовой. То, что хрупкая конституция при почти двухметровом росте – это все равно минимум восемьдесят килограмм тренированной костно-мышечной ткани, предлагалось забыть даже после шоу в стиле «кунг-фу-панда».
Между тем, воевода пристально посмотрел в непроницаемые угольно-черные глаза пленника, ничего в них не понял и нехорошо нахмурился.
- И кто тут у нас? – судя по тону, у воеводы имелось на его счет предположение. Нехорошее.
- А на кого похож? На арфистку или белошвейку? – сыронизировал и тут же поплатился... слухом.
- Отвечай, воеводе! – рявкнул какой-то ретивый вой на повышенных децибелах прямо в ухо.
- Ух... – начал пленник, решивший не рисковать больше слуховыми рецепторами, и... коварно получил тычок копьем опять в бок, уже травмированный по касательной стрелой. - ...Ай-я-я..фей, – и резко сжал челюсти, удерживая крик на грани полуматерного шипения.