— Руки Предков, — сказала Нара, проводя ладонью по изображению мамонта. — Они оставили нам свои сны. Свою память.
Ночью, разведя маленький костер в глубине пещеры, Нара начала обряд. Она раскачивалась, напевая странную, горловую песню. Дым от костра стелился по потолку, а тени от факелов оживали. И тогда Аргу показалось, что нарисованные мамонты повернули к нему головы. Их крошечные каменные глаза блеснули огнем.
Пещера исчезла. Его сознание куда-то провалилось.
Он увидел огонь. Но не тот, что пляшет в костре, а иной — ослепительно-яркий, жидкий, как вода, но страшный, как пасть пещерного льва. Этот огонь лился из камня, из знакомого зеленого малахита, плавя и превращая его в сияющую, медную кровь. Он увидел оружие — не каменное, а из этого сверкающего вещества, и оно ломало копья врагов, как сухие ветки. Он увидел лицо Змея, искаженное не яростью, но жадностью и страхом перед этой новой силой. И последним образом стала не земля, а люди — множество людей, разных племен, работающих вместе у горнов, строющих лодки, торгующих. И над всем этим сияло солнце, отраженное в глади большой, спокойной реки.
Он очнулся, тяжело дыша. Сердце стучало, как барабан. Нара сидела напротив, ее лицо было бледным и серьезным.
— Ты видел? — тихо спросила она.
— Видел, — голос Арга сорвался. — Камень... который течет. Это не просто камень. Это... сила. Та, что может и спасти, и погубить.
— Да, — кивнула Нара. — Путь открыт. Мы идем не в Теплую Землю, Арг. Мы идем к источнику этой силы. Чтобы решить, что с ней делать.
Глава 3
Они двигались дальше, и теперь Арг смотрел на берега не как беглец, а как искатель. Он замечал выходы необычных пород, подбирал странные камни, пытаясь найти тот самый, зеленый. Однажды они наткнулись на небольшую стоянку рыбаков. Люди были недружелюбны, смотрели волком, но Нара сумела поговорить с их старейшиной, и они, хоть и не приглашая чужаков к своему огню, позволили им переночевать на отдалении.
Но удача отвернулась от них, когда они меньше всего ждали.
Это случилось на рассвете. Лагерь спал. Первым тревогу подал не Арг, а Нара — она села, вслушиваясь в тишину. И тут из утреннего тумана, словно демоны, возникли темные фигуры. С раскраской змея на лицах и груди.
«Люди Змея».
Схватка была короткой и жестокой. Арг успел вскочить, ударил одного из нападавших древком копья, но противников было слишком много. Сильные руки скрутили его, повалили на землю. Рядом он видел, как боролась Нара, но и ее быстро обездвижили.
Их привели в большой, шумный лагерь, раскинутый на берегу. Здесь пахло дымом, жареным мясом и чужими людьми. Пленных было много — мужчины и женщины с испуганными глазами, с другими татуировками, из других племен. И над всем этим царил Он.
Змей.
Он стоял перед своим шатром, крытым шкурами бизона. Высокий, с жилистыми руками и холодными, пронзительными глазами, в которых горел огонь фанатичной веры. На шее у него болталась гирлянда из... ушей. Он наблюдал, как Арга и Нару толкают к столбу, к которому уже были привязаны другие пленники.
— Новые черви для Великого Быка, — прорычал он, и его голос был низким, как подземный гул. — Скоро он получит ваши души в жертву.
Арг молчал, сжимая зубы. Безысходность снова сдавила ему горло. Но он не опустил глаз. Он смотрел на Змея, впитывая в себя каждую черту его лица. И в этот миг он поклялся, что если ему суждено умереть, то он умрет, глядя в глаза своему врагу.
Их оставили привязанными на весь день. Вечером воины Змея начали готовить большое жертвоприношение. Разожгли огромный костер. Стали вытаскивать пленников.
И тут Арг увидел его. На краю ямы, куда скидывали мусор для костра, валялись куски какого-то зеленого камня. Малахита. Точно такого, какой показывала ему Нара.
Отчаянный план, безумный и рискованный, родился в его голове.
— Нара, — прошептал он, — когда начнется хаос, беги к лесу.
— Что ты задумал?
— Я разбужу камень.
Когда воин подошел, чтобы вытащить их, Арг притворился ослабевшим и бессильным. Но в последний миг он рванулся, вырвался и с криком бросился не к свободе, а к костру. Он схватил несколько кусков малахита и изо всех сил швырнул их в самое пекло.
— Дух Огня! Прими нашу жертву! — закричал он так громко, как только мог, чтобы все услышали.
Сначала ничего не произошло. Воины Змея смотрели на него с усмешкой. Но потом... костер странно захлопал, зашипел. Пламя из желтого стало на мгновение ослепительно-зеленым. Послышался резкий, едкий запах. А из центра костра вытекла, пугая и завораживая, струйка чегото яркого и жидкого, как расплавленное солнце. Она капала на землю, застывая в причудливых блестящих каплях.