Так же и Аргентинская мимоза из под Пасадоса. Везде она растет от Боливии до Бразилии, но 30% таннидов дает кора только с этого аргентинского пятачка. А там еще имеется куча ценных пород дерева. Несколько видов железного и святого. Добавлю, что и остальная Аргентина, хотя большей частью и покрыта степями, но в руслах рек степной ландшафт часто сменяется речным, где на берегах растет плакучая ива. Кора которой может использоваться в качестве дубильной добавки. То есть Аргентина имеет в этой сфере огромное конкурентное преимущество.
Что толку экспортировать свежие или просоленые кожи? В Северной Америке необозримые стада бизонов, их хоть из пулемета стреляй. А тут еще Африка и Латинская Америка добавляют свою долю, так что кожи почти ничего не стоят. А вот если эти кожи переделать в готовые изделия: сапоги, ремни, сумки. То дело пойдет на лад. Устройство швейной машинки «Зингер», которой долгое время успешно пользовалась моя мама, так как в советских семьях часто бытовало обоснованное мнение, что если хочешь носить хорошую вещь — сшей ее сам, я помню на зубок.
Думаю, что подобной конструкции, только чуть побольше, машинки для шитья обуви, я сделаю без проблем. Быстренько разовьем потогонные мастерские, как в 21 веке в Восточной Азии. И тогда мы завалим Европу нашей кожгалантерейной продукцией высшего качества, с которой никто не сможет конкурировать при всем своем желании. А сапоги будем покрывать несколькими слоями красивого черного лака, сделанного на основе битума. И еще будем продавать шубы из меха шиншиллы, за которые цены не сложить!
Глава 23
И все же главное богатство Аргентины — мясо. И его надо использовать эффективно. Зажрались, понимаешь! В деревенском простодушии скотину мучают, а потом туши массово гниют в степи. Доколе?
Правда, пока этому есть объективные обстоятельства. Сушить мясо на солнце, получая знаменитое чарки ( вяленое мясо, нарезанное тонкими ломтиками), можно только в северных, жарких областях Аргентины. Дальше на юг климат все же умеренный. А с солью беда.
Не с самой с солью, ее целые горы, а с перевозкой. Сейчас как раньше было в США на Миссисипи. То есть вверх на гребных каноэ, на которых ничего большого и тяжелого не увезешь, а вниз баржи и дощаники, прибывшие из Боливии и Парагвая, в Буэнос-Айресе разбирают на дрова. А мы переделаем эти баржи на коноводные механизмы, да придадим им дополнительно бурлацкие артели из лошадей и начнут у нас кораблики массово курсировать вверх и вниз по рекам и все нужное нам перевезут.
В том числе соль из провинции Сальта, что на северо-западе страны, у границы с Боливией. Ох, и жуткие там встречаются места, похожие на дно высохшего Аральского моря. Ветер развевает соляные горы и разносит пылевидный соляной рассол на многие километры. Никто поблизости от солончаков и соляных озер, по берегам которых изредка пробивались сквозь растрескавшуюся почву жалкие, чахлые растения, не живет.
В местах, где реки рассекают солончаковые почвы, употреблять их воду в пищу из-за горько-соленого вкуса невозможно. При заготовки соли на солончаках в первый день слезятся глаза, во второй трескаются кожа на руках, на третий день появляются язвы и можно ослепнуть. Так что индейцы заготавливают соль по принципу мигом туда и обратно.
А мы зашлем туда бригады рабочих, действующих вахтовыми методами. Будут они лопатами грести соль в кожаные мешки и на вьючных лошадях отвозить к воде. Реки там есть и ничего, что соленые. На лодках спустим груз к судоходным путям. Там построим склады для хранения соли и причалы для кораблей.
Увеличим число «солелен» в сотни раз. Откуда брать бочки? Так мимо Монтевидео в обычный год, когда нет блокады, идут в Тихий океан с сотню кораблей в месяц. У многих бочки ломаются и рассыхаются. Скупать все бракованные бочки скопом, а потом бочарами ремонтировать, собирая из сломанных целые. И изолируя клепки вулканизированным каучуком. И еще можно отливать большие оловянные чаны для засолки. А потом солонину экспортировать. Всучивая транзитным морякам. Для начала. Так как во всем остальном мире, кроме Аргентины, витамины даром никому не даются!
Но в основном надо полученную солонину потреблять в стране. Вкусить, так сказать, от местных блюд. Ведь когда жратвы у каждого будет много, притом дешевой, что не позволит беспокоиться о будущем, вот тогда детишек все и станут делать. А численность население начнет удваиваться каждые 20 лет.