Кридол поднял взгляд. На дереве сидела ворона и чистила клюв о ветку.
— Скоро будешь пировать. Это я тебе обещаю.
Прибежал черноплащник и замер в поклоне.
— Говори, — приказал Кридол.
— Мой господин, уранийцев было не больше трёх сотен, все конные. Чуть дальше, — тафгур указал рукой, — находится то ли озеро, то ли болото, и они пошли через него вброд.
— Хорошо. Мы их догоним. Сколько у нас воинов?
— Три тысячи тринадцать, мой господин, — тафгур опустил голову, не смея смотреть на своего хозяина.
Кридол побагровел от злости. Полторы тысячи воинов сгинули неизвестно куда, ещё пять сотен сгубили простые деревья и несколько каких-то непонятных существ. Две тысячи тафгуров не досчитывал он, даже не вступив с уранийцами в бой. Глаза его налились кровью.
— Они заплатят за это, дорого заплатят, — он скрипнул зубами от злости. — По коням!
Черноплащник ещё раз согнулся в поклоне и резво побежал выполнять приказ. Затрубил тафгурский рог. Воины Кседора влезали в сёдла и выстраивались в колонну. Ворона взлетела с ветки. Кридол махнул рукой и тронул коня.
— Пошли, — рявкнул он, и направился за вороной, хотя следы, оставленные уранийцами, и без того указывали путь.
Вскоре под копытами тафгурских коней захлюпала вода, они остановились.
— Болото. Скорее всего, через него ведёт только одна тропа, но раз прошли уранийцы, пройдём и мы.
Кридол обернулся.
— Эй вы, трое, слезайте с коней. Пойдёте вперёд, будете копьями нащупывать тропу под водой.
Три тафгура пошли вперёд, определяя дорогу. Один из них ткнул копьём чуть в сторону, и оно не нашло опоры. Черноплащник попытался определить глубину, опуская копьё всё ниже, но так и не достал до дна. У самого берега начиналась бездна.
— За ними пошли, — приказал Кридол.
Воины в чёрных плащах, один за другим, заходили на узкую тропу.
— Копья держать наготове! Мало ли что здесь под водой водится.
Командир тафгуров стоял на берегу и наблюдал, как его отряд заходит в болото. Тафгуры держали копья, направленные остриём в воду. Они, озираясь по сторонам, глядели во все глаза на ряску и водоросли, покрывающие поверхность, не забыв о тех лесных ужасах. Здесь тоже непонятная волна страха накатывалась всё сильнее. Кридол дождался середины отряда и влился в чёрный поток. Чем дальше он отходил от твёрдого берега, тем больше понимал страх своих воинов, его самого начала пробирать оторопь.
Большой пузырь воздуха оторвался от дна и сквозь тёмную толщу воды поднимался наверх. Играя под водой, меняя свою форму, он поднимался выше и выше и лопнул, достигнув поверхности. Сбоку от Кридола раздался звук: «Бу-улм». Водоросли и ряска раздвинулись, и возник небольшой бурун.
Конь под тафгуром дёрнулся в сторону и черноплащник, чуть не слетев в бездонную пропасть воды, едва успел ухватиться за седло. Кридол с трудом удержал испуганное животное и направил копьё в водоворот, ожидая появления чего-то необычного. Но больше ничего не произошло.
— Фу-ты, — успокоено выдохнул он, — это же просто воздух. Он снял шлем, вытер со лба выступивший от страха холодный пот, и напялил его обратно. — Этот лес и болото сведут с ума.
Он заметил, как тафгур перед ним ударил копьём в воду.
«По пузырям бьёт. Вот идиот», — подумал Кридол и хотел уже было накричать на того, но тут увидел, что на копье у того болтается какое-то существо. Тафгур неудачно повернул древко, существо соскользнуло с острия, упало в воду и скрылось под водорослями. Черноплащник, таращя испуганными глазами, обернулся на Кридола и дрожащим голосом спросил:
— Что это было?
Кридол также непонимающе смотрел на тафгура.
— Это были наши неприятности… Всем приготовиться! — закричал он. — Здесь могут быть…
Договорить он не успел. Черноплащник, ударивший существо, внезапно вместе с конём ушёл под воду. Конь поднялся один. Тафгур не вынырнул. Как в воду канул.
Все, кто видел это, застыли на месте. Они просто замерли, занемели. Кровь бешено застучала в висках: куда деваться? Тропинка одна, а по сторонам — бездна!
Кридол вышел из оцепенения и закричал во весь голос:
— Копьями в воду бить! Направо и налево! Двигаться вперёд! Вперёд!
Цепь тафгуров медленно двинулась. Черноплащники в исступлении тыкали в воду копьями, надеясь отогнать от себя непонятных существ.
Кридол так же, как и все, бил по воде остриём. Страх подгонял его, заставляя проделывать эти движения с неимоверной скоростью. Он ударил несколько раз с левой стороны тропы — всё в пустоту, затем перекинул копьё в другую руку и ударил в воду справа. К его удивлению, копьё вошло во что-то мягкое. Кридол ударил в это же место ещё раз. Теперь копьё ушло в пустоту, но ряска, зелёным покрывалом стелящаяся по воде, начала окрашиваться в красный цвет.
— А-а-а, что! Хотели стащить меня? — вопил Кридол, продолжая бить копьём в воду, и попадая в пустоту. — Отвалите от меня! Сволочи! Гады! Мрази!
Позади него раздался крик и затих — тафгур ушёл под воду. Впереди так же раздавались дикие крики — черноплащники исчезали под водой, оставляя после себя тёмные окна промоин среди водорослей. Этот кошмар для черноплащников всё длился и длился. Вода вокруг всадников пенилась от ударов копьями; из-под воды то тут, то там поднимались коряги-руки, которые хватали тафгуров и тащили с коней. Иногда черноплащникам удавалось пронзить копьём такую корягу, и тогда водоросли вокруг покрывались красными пятнами.
Ворона, истошно каркая, кружила над тафгурами. Она летала над черноплащниками, пытаясь быстрее вывести их на твёрдую почву. Вдруг она заметила, как что-то быстро приближается на неё сверху, и бросилась в сторону. Лесной ворон промахнулся, но, быстро развернувшись, снова ринулся на ворону-предательницу. Та снова попыталась увернуться, но в этот раз ворон её достал, да так, что перья посыпались. Ворон тюкнул своим мощным клювом в её голову — карга камнем упала в воду и скрылась под тиной.
Ворон сделал ещё один круг и улетел.
Вантей и воины стояли у кромки воды и прислушивались к голосам, долетавшим до берега.
— Что это там за крики такие? — спросил молодой ураниец. Его звали Лука.
— Узнаю говор тафгуров, — ответил Вантей. — Как они сюда прошли? Непонятно, кто мог указать им эту дорогу.
— Знать бы ещё, сколько их и почему так вопят.
— Что тут неясного? Водяные топят их в болоте, не пропускают.
Лука недоверчиво посмотрел на Вантея, не шутка ли это? По его серьёзному виду понял, что не шутка.
— Может, они вообще не пропустят сюда тафгуров? — сделал предположение Лука.
— Может быть, но это вряд ли. Не думаю, что водяных много, и если тафгуров с тысячу наберётся, то они пробьются и скоро будут здесь.
Вантей обвёл взглядом своих товарищей.
— Настал наш черёд защищать Уранию. Готовьтесь к бою, парни. Эх, жаль, что луков у нас маловато да стрел негусто, мы бы смогли удержать здесь целую армию.
Уранийских лучников было всего десять, и у каждого по два-дцать, тридцать стрел. Этим особо не повоюешь, но всё лучше, чем ничего.
— Я не понимаю, — не унимался Лука. — Зачем тафгурам идти в обход, да ещё по болоту, если они окружили Итарк?
— То, что они пошли в обход, это хороший знак, — пояснил Вантей. — Значит, не смогли взять город. Скорее всего, наша дружина собирается биться в поле, а посему перед нами стоит простая задача: не пропустить тафгуров. Иначе, они наделают много неприятностей, зайдя с тыла.
— Теперь всё понятно. Пойду, подготовлю свой лук.
Вантей посмотрел вслед парню. Этому уранийцу исполнилось всего шестнадцать лет, но, не смотря на юный возраст, стрелок он оказался отменный. Как рассказывал сам Лука, отец его был охотник — и на кабана в лес ходил, и на волков, зимой и белок стрелял. Жили они в небольшой деревушке вдвоём, и отец часто брал его с собой на охоту. Лука быстро освоился с луком и по меткости даже не уступал своему отцу: белку бил точно в глаз — такое умение не каждому воину даётся. Так продолжалось до тех пор, пока не пришли тафгуры… Вантей и Лексий нашли юного охотника в деревушке. Из всех жителей уцелел только он.