Деревенские отбивались от черноплащников чем могли — ножами, вилами, топорами, лишь у парня и его отца были луки. Они выпустили по тафгурам все стрелы, и каждый выстрел находил свою цель. Расстреляв весь запас, они пытались скрыться в лесу.
Конный тафгур догнал их за околицей. Луку он достал мечом, а его отца пробил копьём. Но, видимо, рука тафгура уже устала рубить, и меч его ударил парня не острым лезвием, а плашмя и лишь оглушил.
Когда Лука очнулся, тафгуров уже не было, они дотла сожгли деревню и пошли дальше. После появились уранийские воины и забрали его с собой. Лексий тогда ещё сказал: «Повезло тебе, что меч плашмя ударил. Такое нечасто бывает». «Я вообще-то везучий — так люди обо мне говорят», — ответил парень.
— Везучий, — повторил сейчас Вантей. — Может, и сегодня тебе повезёт.
Крики тафгуров прекратились. Наступила тишина.
— Всё, ушли водяные, — заключил Вантей. — Теперь остаётся только ждать непрошеных гостей.
— Да чего их ждать, я их уже вижу. Вон они, — седобородый воин, стоявший рядом с Вантеем, указал рукой.
Среди камыша и осоки, возвышающихся над водой небольшими островками, вдалеке, проявились чёрные фигуры тафгурских всадников. Они приближались.
Весь уранийский отряд, за исключением часовых, расставленных вокруг лагеря, собрался на берегу. Лица воинов выражали спокойствие, но напряжение от близости врага всё же проявлялось: кто-то нервно сжимал рукоятку меча, кто-то поигрывал копьём.
— По местам все, — скомандовал Вантей. — Чего на них издалека смотреть. Вот когда ближе подойдут, тогда и встретим, как полагается.
Уранийцы заранее составили план возможных действий на тот случай, если тафгуры всё-таки пройдут через болото, и теперь их не застали врасплох — каждый знал свою задачу и знал, где ему находиться. Все разошлись на свои позиции.
Вантей стоял за деревом толщиной в два обхвата, рядом с ним двое лучников, один из которых Лука. Они настороженно наблюдали за тафгурами.
Отряд всадников, подобно чёрной змее, извивался по болоту, следуя по единственно проходимой тропе. Они медленно приближались. Уже было видно, как двое пеших тафгуров нащупывают перед собой копьями проходимый участок пути, скрытого толщей воды. Лука смотрел на эту «чёрную змею». В его памяти вспыхивали события последнего дня жизни его родной деревни: тафгуры на конях, размахивающие мечами, горящие дома, старики, женщины, падающие наземь от ударов копий. Крики, стоны умирающих людей, лошадиный топот — всё слышалось как наяву. Лука изо всех сил сжал своё оружие, рука его задрожала от напряжения.
Вантей, взглянув на парня, понял его душевное состояние.
— Твой разум должен быть ясен, — Вантей положил руку на плечо юного уранийца. — Оставь на потом прежние мысли, сейчас — только ты и тафгуры. Хладнокровие сейчас — твой друг.
Тафгуров становилось всё больше, и конца-края чёрного отряда не было видно.
— Да сколько же их там? — раздражённо проговорил второй лучник.
— Сколько ни есть — все наши, — спокойно ответил Вантей.
— Так, говоришь, задача простая? — в голосе лучника послышались шутливые нотки.
— Конечно. Чего уж проще, бей да бей черноплащников, пока не переведутся.
— Действительно, — лучник улыбнулся. — Тогда пускай поторапливаются, а то руки уже чешутся.
Тафгуры подошли настолько близко, что можно было различить отдельные лица. Они с опаской оглядывались по сторонам и держали копья наготове.
— Сейчас подойдут к повороту, — негромко произнёс Вантей.
— Какому повороту? — заинтересовался Лука.
— Вон там, видишь, где одинокая тростинка растёт? В том месте тропа разветвляется: одна круто поворачивает и ведёт к берегу, там уже тафгуры смогут двигаться по трое в ряд, а другая идёт прямо. Вот если они этот поворот пропустят, то окажутся в западне, вторая тропа у самого берега обрывается.
— Как же их завести в эту ловушку? — взгляд Луки «Загорелся».
— Если бы убрать того пешего тафгура, что слева, то другой, возможно, поведёт всех прямо, — предположил Вантей. — Но так не получится, они щитами прикрываются, осторожничают. Если бы они без щитов были, тогда можно бы и стрелой достать.
Лука цепким взглядом окинул расстояние до той тростинки и посмотрел вверх, на крону дерева.
— Я достану, — уверил он. — Ветра нет, попаду. Точно говорю!
— Далеко до них, — засомневался Вантей. — Только стрелу зазря потеряешь.
— Не промахнусь! — убеждал парень.
Вантей призадумался. Конечно, это будет хороший шанс завести тафгуров в капкан, попади Лука в тафгура, но расстояние слишком велико для такого точного выстрела.
— Черноплащники не знают, что их могут встретить на берегу, и пока ещё у нас есть небольшое преимущество — неожиданное появление, — вслух размышлял Вантей. — Но мы лишимся его после первой выпущенной стрелы. Если ты не попадёшь, и тафгуры найдут поворот, у нас возникнут сложности, черноплащники подготовятся к бою. Но если ты не промахнёшься, и они пойдут прямо, то нам уже всё равно, готовы они к бою или нет, — он обвёл взглядом уранийцев. — Ну что, рискнём?
— Рискнём! — согласился второй лучник. — Двум смертям не бывать, а одной, как говорится, не миновать.
— Давай, парень, стреляй, — решился Вантей. — Если тафгур обнаружит поворот, тогда стреляй, а если нет, то они сами приготовят для себя ловушку.
Черноплащники приблизились к месту поворота. Один из пеших прошёл мимо, второй всё же обнаружил ответвление, ведущее к берегу. Он окликнул проводника. Черноплащники остановились.
— Далековато они, — снова засомневался Вантей. — Ладно, Лука, твой ход.
Молодой ураниец вложил стрелу и потянул тетиву. Лук заскрипел. Взгляд парня застыл. Он отпустил стрелу, и все замерли в ожидании.
Тафгур бросил копьё со щитом, обеими руками схватился за стрелу и упал в воду. Стрела, пущенная уранийцем, пролетела над щитом и ударила тафгура точно в шею.
— Это тебе за моего отца, — чуть слышно проговорил Лука.
Среди черноплащников начался переполох. Прозвучала команда тафгурского рога «К бою». Чёрные воины подняли щиты, прикрываясь от стрел.
— Хороший выстрел! — Вантей хлопнул по плечу Луки.
Второй пеший тафгур, прощупывая дорогу, пошёл вперёд, и всадники направились за ним. Они спешили на твёрдую почву.
— Вот так, идите, идите сюда, — приговаривал Вантей.
Он смотрел, как тафгуры заходят в западню, и был доволен тем, что расчёт удался: больше сотни черноплащников прошли мимо безопасной тропы. До берега оставалось каких-то пятнадцать-двадцать шагов, когда копьё пешего тафгура не нашло под собой опоры. Черноплащник, тыча копьём по сторонам, заметался. Этот спасительный для них путь оборвался.
— Назад! — истошно завопил тафгур. — Все назад! Здесь пути нет!
Чёрные всадники следовали за проводником по двое в ряд и теперь пытались развернуть коней.
— Теперь пора. Лучники, к бою! — скомандовал Вантей.
Десять уранийцев выбежали из-за деревьев и выпустили стрелы. Сразу же десять тафгуров выпали из сёдел. Остальные, прикрываясь щитами, спешивались и прятались за лошадьми, но животные, оставшись без седоков, гарцевали на месте и сбрасывали черноплащников с тропы. Пока тафгуры опомнились, уранийцы сделали ещё несколько залпов, и ещё несколько десятков чёрных воинов исчезли под толщей воды и водорослей.
Со стороны черноплащников полетели стрелы, но их выстрелы напоминали скорее отчаяние, поэтому из уранийцев никто не пострадал.
— В укрытие! — скомандовал Вантей.
Уранийцы отошли под защиту деревьев.
— Молодец ты, Лука! — хвалили парня воины. — Одним выстрелом такое дело сделал! Хороший охотник! Такие стрелки не часто встречаются!
— Это ещё что! Вот отец мой был действительно настоящий стрелок!
— Ладно, Лука, после поговорим, — сказал Вантей. — Закончим дело и поговорим.
Тафгуры отыскали тропу, ведущую к берегу, и спешно двигались, стремясь поскорее выйти на берег. Теперь они поняли, что перед ними небольшой отряд и горели желанием отомстить. И они отомстят, ох, как отомстят! Черноплащники уже вышли на прямой и широкий участок, им оставалось ещё шагов пятьдесят, и вот она — земля.