Вантей следил за приближением тафгуров. «Ещё немного, ещё», — мысленно произносил он.
Тафгуры всё ближе.
— Пора. Частокол на тропу! Лучникам прикрывать!
Несколько воинов подхватили три небольших сооружения, заранее приготовленных уранийцами. Это были длинные, остро заточенные колья, скреплённые между собой поперечиной. Воины бегом бросились к тропе и быстро установили частокол остриём в сторону тафгуров. Лучники в это время пускали в черноплащников стрелы, не давая тафгурам возможности целиться по воинам, устанавливающим заграждение. Установив частокол, уранийцы снова отошли за деревья.
Тафгуры приблизились к берегу и остановились, дальше их кони продвигаться не могли. Всадники передних рядов спешились и начали разбирать препятствие. На это и рассчитывали уранийцы. Лучники, стоя за деревьями, с близкого расстояния одного за другим быстро прикончили пеших тафгуров. Теперь черноплащникам на тропе мешались ещё и кони без седоков.
Всё новые и новые тафгуры спешивались и пробирались к заграждению, но их ожидала та же участь, что и прежних неудачников — пробитые стрелами они тонули в воде. Черноплащники в отчаянии пускали стрелы в уранийцев, но безуспешно, толстые стволы деревьев надёжно защищали воинов.
Но настало время, и лучник Урании выпустил последнюю стрелу. Колчаны опустели. Очередной тафгур, с опаской, прикрываясь квадратным щитом с изображением головы дракона, приблизился к частоколу. Стрелы не летели. Чуть осмелев, он пробрался между склонённых кольев и рубанул мечом по скрепляющей верёвке. Тишина, никто не стреляет. Подбежали ещё несколько тафгуров, стали орудовать мечами, и одно сооружение из трёх развалилось. Тафгуры принялись за остальные.
— Чего мы ждём? — нетерпеливо спросил Лука. — Вот же они, тафгуры, сейчас выйдут на берег! Давайте нападать!
— Пусть выходят, — спокойно ответил Вантей. — Нужно ещё выждать. Если мы нападём сейчас, их лучники перещёлкают нас как куропаток.
Черноплащники видимо поняли, что стрелы уранийцев иссякли, и уже спокойно разбирали третье, последнее заграждение.
Взгляд Луки упал на берег: в земле торчали не долетевшие стрелы тафгуров. Молодой охотник бросился вперёд, схватил чёрную стрелу и послал её в тафгура.
— Лука, назад! — крикнул Вантей.
Но парень не слушал. Он выпустил вторую стрелу, и ещё один тафгур свалился замертво.
— Это вам за мою деревню! — приговаривал Лука. — Это за Уранию! А это за меня! — он выпустил ещё одну стрелу, и лук выпал из его руки. Чёрная стрела, выпущенная тафгуром, угодила ему под сердце.
По небу плыли белые, чистые облака…
Он ещё осознавал, что его тащат в сторону леса, но перед глазами уже расстилался туман.
Вантей и лучник положили Луку под раскидистым кустом.
— Что же ты, парень, такой непослушный, а? — Вантей осмотрел место удара чёрной стрелы. — Ничего, поживёшь ещё! Ты же везучий, да? — успокаивал он, но сам уже понимал — рана смертельная.
Взгляд Луки тускнел.
— Я всё-таки… — прошептал юный воин.
Его дыхание успокоилось. Глаза его закрылись.
— Эх, парень, — печально вздохнул Вантей. — Везучий…
Топот копыт лошадей раздался вдоль берега. Вантей поднялся с колена.
— В бой! — крикнул он.
Три сотни воинов с мечами и копьями выходили из леса.
XXVI
Дружина Урании стояла против войска Кседора.
В воздухе висела напряжённая тишина.
Черноплащники расступились, и сам Антифот на коне появился перед своим войском.
— Это что за шалаши тут выстроили, — усмехнулся он, глядя на уранийские «черепахи». — Лучники!
Тафгуры-лучники вынули из колчанов стрелы и натянули луки.
Антифот махнул рукой. Остроконечная лавина устремилась в сторону защитников Итарка. Даже издалека он слышал, как стрелы вгрызаются калёными зубьями в щиты. Строй уранийцев не развалился. Теперь Антифот убедился воочию в беспомощности своих лучников.
— Этим вы решили со мной сражаться? Но у меня есть не только стрелы, ещё мечи и копья. Мои копьеносцы разобьют ваши «Хижины».
Антифот прогарцевал вдоль строя.
— Смотрите! — крикнул он. — Смотрите, как мало этих несчастных уранийцев! Они все трясутся перед нашими копьями, и в страхе закрываются щитами! Оглянитесь, и вы увидите, какая сила у нас! Мы растопчем этих дрожащих воинов и войдём в город! А там, в городе, женщины и богатства, и всё это будет нашим! Жалкая кучка уранийцев посмела встать на моём пути! Уничтожьте их, и мы будем пировать в Итарке! А после пира сожжём город дотла! Вы разобьёте их? — голос Антифота сошёл на визг.
— Разобьём! Да! Уничтожим! Спалим! — взревела толпа черно-плащников.
— Вперёд, мои доблестные воины! — крикнул Антифот, и направил своего коня назад, за ряды черноплащников.
Забили тафгурские барабаны. Черноплащники взяли копья наизготовку, и вся чёрная масса пришла в движение.
— Трубач, сигнал! — скомандовал Лексий.
Уранийский рог затрубил. Воины опустили щиты, прикрывавшие сверху, теперь эта необходимость отпала — лучники тафгуров уже пропустили вперёд копьеносцев и не стреляли, чтобы не задеть своих.
Лучникам Термака, наоборот, открылся простор для действий. Они построились в промежутках между сотнями первой линии. По сигналу, две тысячи стрел одновременно вылетели навстречу тафгурам.
Передние шеренги черноплащников поредели, но, спотыкаясь через убитых и затаптывая раненных, тафгуры продолжали идти.
Уранийцы пускали стрелу за стрелой. В уже не стройных рядах черноплащников раздавались предсмертные вопли.
— Спокойно, парни, — взгляд Лексия стал напряжённым. — Держите щиты плотнее, сейчас ударят.
Тафгуры подошли вплотную и ударили в «черепахи» копьями. Уранийцы выдержали первый натиск. Копья черноплащников застряли в щитах. Подпираемые задними рядами, тафгуры побросали их и накинулись на уранийцев с мечами. Чёрные копьеносцы, прошедшие между сотнями, двинулись на вторую защиты. Половина от сотен первой линии отделились, и ударили тафгуров с боков. Черноплащники побросали копья и схватились за мечи, но они слишком поздно уяснили, что проходить между «черепахами» опасно. Уранийцы быстро с ними расправились, и образовали единый строй.
Битва началась.
Черноплащники наступали. Их было такое множество, и шли они такими плотными рядами, что своими длинными мечами не могли размахнуться в полную силу. Защитники Итарка выхватили короткие мечи, которые в таких плотных рядах оказали неоценимую услугу.
Передние ряды черноплащников редели, но подходили другие.
Ряды уранийцев тоже таяли. Многочисленность тафгуров про-явила себя, к тому же, сумев разбить строй воинов Урании, они вклинились в боевой порядок первой линии. Теперь защитники бились в этом образовавшемся столпотворении уже без строя, по старинке.
Лексий отбивался сразу от троих. Он увернулся от одного меча, едва успел сделать шаг в сторону, как копьё ударило в щит и на секунду в нём застряло. Ураниец одним ударом перерубил копьё, отвёл меч другого тафгура и проткнул копьеносца. Лексий развернулся и, почти не глядя, срезал тафгура позади себя, уже занёсшего меч для удара. Ещё двое черноплащников, видя такой исход дела, приостановились. Лексий быстро огляделся. Сложившаяся обстановка его не порадовала: на каждого уранийца наседало сразу по двое-трое тафгуров.
— Трубач! — закричал Лексий, прикончив какого-то самонадеянного тафгура. — Труби отход первой линии!
— Не могу! — раздалось позади.
Лексий обернулся на голос. Вокруг трубача столпилось уже пятеро черноплащников. Зная, какую роль исполняют сигналы, его они хотели убрать во что бы то ни стало. Воины, прикрывающие трубача, уже лежали на земле.