— Откуда ты знаешь? — Тефан смотрел уже подозрительно.
— Знаю. Кстати, родом он из…
— Ой! — вскрикнула Арина.
Тут все вспомнили про девочку и обратили внимание на неё. Она слезла с седла и сняла свой плащ. На нём всё ещё болтались две чёрные стрелы. Воины в шкурах обступили её со всех сторон, их командир отцепил стрелы от плаща.
Добромир и Баяр с тревогой осматривали девочку.
— Не болит спина? — сочувственно спросил Баяр.
— Да побаливает, они так сильно бьют!
Воин в шкуре с трепетом провёл по кольчуге ладонью.
— Это старинная кольчуга. Если бы не она, лежать бы тебе в сырой земле. Таким стрелам, как эти, — он протянул обе стрелы Арине, — обычная защита не преграда!
До середины стрелы и наконечники были выкованы из железа, довольно увесистые, они заметно отяжелили руку. Арина прикоснулась пальцем к острию.
— Ой!
На пальце появилась кровь. Наконечник оказался таким острым, что даже лёгкого прикосновения хватило для того, чтобы пораниться. Она смотрела на стрелы, на свою кровь, и до её сознания постепенно доходило, что её жизнь могла оборваться уже сегодня. Добромир осторожно взял стрелы из рук девочки и обратился взглядом к Баяру.
— Чтобы пустить такую стрелу, нужен очень тугой лук и его обладатель должен иметь большую силу, — размахнувшись, Добромир закинул их в кусты.
— Кто вы? — Тефан недоверчиво смотрел на воинов. — Судя по вашей одежде, вы не из Донии.
— Это как сказать, — произнёс незнакомец уклончиво. — Архегор попросил нас приглядеть за арадийцами и девочкой. Мы бы и раньше пришли, да не знали, где вы находитесь.
— Архегор? Мы его уже давно не видели в нашей стране.
— Скоро у вас появится возможность лицезреть его воочию. А сейчас езжайте на хутор, девочка нуждается в отдыхе. Да и солнце уже на закате. Других тафгуров поблизости нет, так что ночь проведёте спокойно, да и мы ещё, — он обвёл взглядом своих товарищей, — покараулим. На всякий случай.
— Коней ваших что-то не видать.
— А у нас их нет, — воин в шкуре пристально посмотрел на Тефана. — Оставь свою подозрительность, мы вам не враги, разве это непонятно?
Тефан ещё раз окинул быстрым взглядом незнакомца, и его рука соскользнула с рукоятки меча. Всё это время дониец, как бы невзначай, держался за своё оружие. Это движение не осталось незамеченным, воин в шкуре едва заметно улыбнулся и повернулся к Арине.
— Девочка…
— Меня Арина зовут, — заявила она.
— Да, мы знаем. Извини, — он смущённо склонил голову. — Арина, ты могла бы нам показать «Аргирвиту».
Она вопросительно посмотрела на Добромира, но арадиец молчал, дескать, «Тебе решать». Арина расстегнула на кармане «Молнию» и достала амулет. «Аргирвита» ярко блеснула в вечерних сумерках.
Воины в шкурах окружили её со всех сторон и, не отрывая взгляда, смотрели на это сияние. Восхищение, уважение и почтение отражалось в их глазах.
— Аргирвита! — воин опустился на колено и трепетно прикоснулся к амулету. — Вы были в Урании…
— Да, а откуда вы знаете? Архегор говорил?
— Я чувствую силу и запах большого леса. Храни её, это вели-чайшая ценность на земле. Храни!
Он поднялся, и в глазах его проявилось такое добродушие, которое чуть раньше никто из сопровождения девочки не смог бы присвоить такому грозному с вида воителю.
— Вам пора идти, темнеет быстро, — сказал он.
Все стали расходиться к своим лошадям.
— Да, вовремя ты меня остановила, Арина, когда я начал говорить про того, — он взглядом указал на лучника-тафгура. — Это верно, никому не надо знать, откуда он родом.
— Архегор то же самое говорит. И всё же, этот лучник из Донии или Арадии?
Воин в шкуре поправил на девочке плащ.
— Иди, тебя ждут, — мягко сказал он.
Всадники вышли из перелеска, который оказался не таким широким, как это представлялось издали, и направились к хутору. Вскоре отряд остановился возле одного из домов. Жителей, как и говорил Тефан, в хуторе не было, и все глиняные избы, аккуратно выбеленные и покрытые соломой, выглядели одиноко-заброшенными. Все спешились и переступили через порог. Изба, разделённая деревянной перегородкой на две половинки, оказалась просторной.
— Здесь переночуем, — объявил Тефан. — Утром пойдем дальше, до Кинёва осталось день пути.
Воины стали располагаться в комнате. Актана увела Арину во вторую половинку, отгороженную занавеской.
— Давай, я помогу. Нужно посмотреть, что у тебя со спиной.
Она сняла с Арины кольчугу и помогла раздеться.
— Ох!
Актана сочувственно смотрела на два огромных синяка, рас-плывшихся по спине. «что, если бы стрелы пробили кольчугу?» Она заспешила к двери-занавеске и выглянула в другую комнату.
— Тефан, принеси холодной воды, скорее!
Через минуту девушка уже держала кувшин с водой.
— Ложись в кроватку, будем тебе примочки делать.
Девочка подчинилась. Актана смочила водой полотенце и приложила на места ударов стрел.
— Ах, холодно! — Арина зябко поёжилась.
— Ничего, терпи, зато легче станет.
Две слезинки пробежали по её щекам.
— Актана, ты что, плачешь? — девочка услышала, как та всхлипывает. — Не плачь, я ещё и не в таких переделках бывала.
— Спасибо тебе.
— За что это? — удивилась она.
— Ты спасла мою жизнь. Тот тафгур точно бы меня пристрелил, не успей ты сделать выстрел первой.
— Да ладно, не за что. Я и сама не предполагала, что так получится. Наугад стреляла, а видишь как вышло?
— А ловко ты ему в шлем угодила! Он бедный от неожиданности чуть с коня не свалился!
— Да уж. А ты слышала, как его шлем от моей стрелы зазвенел?
— Слышала. Да это не шлем, а его пустая голова звенела!
Фраза рассмешила обеих.
— Ха-ха-ха! — смеялась Актана.
— Хи-хи-хи! — закатывалась Арина.
— Девчонки наши развеселились, — проговорил Тефан, и сам улыбнулся.
На губах арадийцев тоже появились улыбки.
— Это хорошо, пусть радуются, — сказал Баяр. — Пока человек радуется, он ещё жив.
— Это верно! — согласился Добромир.
Все трое сидели за столом. Перед ними горела свеча, предусмотрительно оставленная хозяевами дома — вдруг понадобится кому. За окном совсем потемнело. Ночь вступила в свои права.
— Как ты думаешь, кто эти воины в шкурах? — спросил Добромир, глядя на Тефана.
— Я и сам об этом думаю. Одежда на них странная, в Донии такую не носят. И лошадей у них не было, как они сюда добирались? Пешком много не нашагаешь.
Все молчали, перебирая в памяти прошедшие события.
— Я одно заметил, — сказал Баяр. — Обскуры, когда гнались за нами, все смотрели на Арину, их целью была она. И тафгуры стреляли только в неё. Мы находились к черноплащникам ближе, а они всё равно пускали стрелы через наши головы.
— Всё ясно, — Добромир кулаком пристукнул по столу. — Тафгуры уже знают, что «Аргирвита» в Донии, и начали охоту на неё. Я думаю, пройти в Кинёв будет непросто, и нам повезло, что мы повстречали таких изощрённых в боевом деле воинов.
— И всё же, кто они такие, наши новые друзья? — Баяр задумался.
Тефан посмотрел на арадийцев взглядом, полным намерения что-то сказать, но промолчал.
— Говори, Тефан, что у тебя на уме? — от Добромира не ускользнуло замешательство донийца.
— Да так, ерунда в голове всякая! — отмахнулся Тефан.
— Ты скажи сначала, а потом решим, ерунда это или нет, — на-стаивал Добромир.
Тефан повернул шлем, лежащий перед ним на столе.
— В Донии существует поверье, что в степи живут люди, если можно их так назвать, которые могут оборачиваться в волка. Или наоборот — это волки оборачиваются в людей. Говорят, что некоторые жители хуторов встречали таких, но я ни разу не видел и считаю, что это просто сказки. Мало ли что наговорить могут?
Арадийцы переглянулись.
— И как они относятся к… обычным людям?
— А никак! Говорят, они живут сами по себе, вреда не приносят, но и помощи от них — никакой.
Дониец снова повернул шлем, разглядывая теперь его со стороны.