Если закрыть глаза и представить, что это Вера… та Вера… Нет, не получалось.
– О чём хотел попросить?
– Я всё время думал, как можно от чувства вины избавиться, каким способом? И вдруг это всплыло… – заговорил Вадим, не открывая глаз. – До сих пор не понимаю, как связано… Я сейчас живу в знакомом замкнутом мире – город, семья, работа, машина, поездки в отпуск на море, отели, где всё включено. Это мой привычный мир. Основная цель – заработать как можно больше денег, чтобы завтра осталось таким же, как сегодня, или стало чуть лучше. Но я знаю, что существует и другой мир. Он мне снится! Мне снится река и тундра. Тайга. Я слышу шум несущейся воды. Вижу, как поток клокочет, сдавленный скалами. Я чувствую, как садится водяная пыль на лицо. Как проносится мимо стена каньона, испещрённая трещинами.
Я ощущаю, как пружинит мох под ногами, как туман стелется по воде. Снимаю липкую паутину с лица, продираясь сквозь тёмный ельник. Слышу, как щебечут птицы ранним утром, вижу блестящие капли росы на траве.
А тундра! Серо-зелёное море без берегов, набегающее из-за горизонта плавными волнами. Блёклое пятно солнца, низкие тяжёлые облака. Слабый утренний дымок потухшего костра. Мелкое крошево бесконечного дождя.
И одиночество, тревогу, неуверенность в себе, даже страх – я тоже чувствую.
Понимаешь, в городском мире всё привычно – мы его создали для собственного удобства. Понастроили зданий, проложили дороги, сконструировали машины, провели электричество – это большой рукотворный дом. Но ведь что-то есть за пределами этого дома! А ведь многие так ни разу и не перешагнут порог. Так и будут жить в этом доме, не зная, что рядом раскинулся совсем иной мир. Мне повезло – я попал в него. Ты помогла, показала.
В этом мире – мы гости. Ему нет до нас дела. Нам остаётся только стараться понять его, принять его законы, приспособиться, выжить.
Замолчал, выдохся. Вера слушала не перебивая.
– Теперь главное!
Я побывал в этом мире. Недолго. Но мне хватило. Я понял, что из себя представляю. Что есть добро и что зло. Какая она на вкус – эта подлость, и как с ней жить дальше.
У меня две девочки – семь и десять. И если я им не покажу дорогу в этот мир, то кто? Они никогда не узнают о его существовании. И это будет моя вина!
Когда-нибудь я им всё расскажу о нас. Вот перед кем я должен покаяться – перед детьми! Остальным ведь наплевать. Надо постараться, чтобы они стали лучше, чем я, – это главное, в этом смысл существования. Но не хочу, чтобы отмахнулись, – мол, чудит старик, подумаешь, с тёткой расстался. С каждым такое происходит. Нет! Пускай узнают, что существует и иной мир, где добро и зло неприкрыто лежат на поверхности. Пускай поймут, что значит сбежать, бросить человека…
Замолчал, стало тихо, лишь потрескивают дрова в печке и что-то еле слышно шуршит возле входа.
– Ты хочешь поход организовать? Девочек с собой взять?
– Нет. Поход – не то… Это как на дачу съездить. Я хочу, чтобы они изнутри увидели… Возьми их к себе на лето. Пусть поживут на стойбище, покочуют вместе с вами.
Вера молчала. И это молчание тяготило. Он выплеснул из себя. Раскрылся. Стена молчания – в ответ. И сразу – устал. Почувствовал, что знобит, – то ли от нервов, то ли от холода. И стало тягостно находиться с ней рядом. Хотелось закрыть глаза и забыться – пусть этот день закончится.
– Ну что ты молчишь?
– Думаю.
– Если тяжело и неудобно – ты скажи. Это же не обязательно… Это мне только кажется, что надо так сделать.
– Вот именно! Ты правильное слово сказал – кажется. А вот мне кажется, что у тебя эмоциональный срыв. Слишком много на тебя навалилось за последние дни. Такое случается. И слишком копаешься в себе. Подумай сам – для чего? Ведь понял уже, что от вины не избавишься, а всё продолжаешь ковырять эту болячку. Постарайся забыть, пускай уйдёт в прошлое, не тереби.
Она говорит правильные вещи. Всё так… Лечь бы, закрыть глаза. Представить, что ты дома, за окном светят огни «близнецов», ползёт вереница машин по проспекту Мира. Знакомо и спокойно, но так далеко…
– Если ты решишь… девочек твоих я, конечно, возьму.
Он уже не ждал. Перестал верить.
– Только ты ещё раз хорошо подумай.
– Я подумаю, Вера. Я привезу их в начале июня.
Солнце валилось вниз, стараясь укрыться за горизонтом.
Не получится. Так и повиснет на краю белёсым размытым шаром.
Тундра, освещённая лучами заходящего солнца, дышала, зеленела, набиралась сил. Жёлто-зелёный ковёр стелился, теряясь в туманной дымке.
Щебетали птицы, перепархивали – то взмывая ввысь, то исчезая в стелющемся по земле чапыжнике. Цветы – жёлтые, белые на тонких слабых стеблях – старались пробиться сквозь переплетение ветвей низкорослого кустарника, стремились наружу, к солнцу.