Течение хоть и слабое, но грести не надо. Катятся лодочки по воде, подправляй ход вёслами время от времени. Солнце светит. Комара на воде нет. Плыви, берега рассматривай.
Так и плыли… но постепенно всё стало меняться. То один, то другой берег становился круче. Казалось, река заметалась, стала биться о них, подмывая.
Взметнулись вверх берега. Новый каньон! Совсем не похожий на предыдущий. И вода забурлила стоячей волной, понесла, закачала лодки.
Изменился ландшафт. Пошло чередование: с одного берега нависает многометровая стена, вся изрезанная вертикальными бороздами с каменной осыпью у основания; другой берег – пологий, зарос деревьями, которые можно уже назвать лесом. Кажется, бьётся река о вертикальную стену каньона, поворачивает, разгоняется и бьётся в противоположную. Так раз за разом, со злобой, с силой. Растут стены, отталкивают реку, не дают течь прямо.
Кипит волна бурунами. Вырастают стоячие валы – вот-вот плеснёт вода через борт – переваливает через них резинка, попадает в застойный котёл, который вспухает пузырём из глубины. Разворачивает лодку – приходится выгребать, ставить носом по течению.
И вот встали.
Обе лодки приткнулись к пологому берегу на мелководье. Вытащили наполовину из воды, на каменистую россыпь.
Впереди поток со всей мощи, почти под прямым углом, бился о скалу, ожесточённо вздымался бурунами, образуя кипящую ванну, и обиженно уносился прочь, покрытый клочьями пены. Гул стоял под обрывом – бесилась река от унижения, что не может преодолеть возникшую на пути преграду.
С ходу соваться в этот котёл было страшно. Смотрели…
– Точно бортом к скале прижмёт и перевернёт, – сказал Виталий. – Надо либо по мелководью лодки тащить, либо вообще разгружать и обноситься.
– Да. Здесь не выгребем, не успеем. Прижмёт точно, – согласился Колька.
– Я читал, – начал объяснять Вадим, – что если поток упирается прямо в скалу, то нужно подойти к ней так, чтобы, ударившись носом, лодку отбросило, и она бы пошла уже кормой вперёд по потоку.
– Интересно! Где это ты такое вычитал? Ну-ка нарисуй! – заинтересовался Колька.
– Смотрите, – Вадим мокрым пальцем начал рисовать на лодочном баллоне. – Надо подойти к стенке вот так, почти под прямым углом, тогда от удара лодку отбросит и развернёт кормой по течению. Здесь, конечно, надо будет подгрести, помочь лодке развернуться.
– А что? Интересно. Можно попробовать, – Колька с уважением смотрел на Вадима.
– Я бы не рисковал. Потеряем час на обносе, зато без приключений, – не согласился с ним Андрей. – Виталий, ты что скажешь?
– Я за то, чтобы попробовать пройти на лодках. Только надо вещи привязать и самим раздеться. Перевернёт – в ватнике и болотниках далеко не уплывёшь. Если хочешь, мы с Колькой первыми пойдём?
– Да при чём здесь, кто первый? Просто я считаю, риск не оправдан. На свою жопу приключения ищем. Ладно. Хотите плыть – поплыли!
– Эх! Вода-то холодная, мокрая! – запричитал Колька, стягивая сапоги. – Предлагаю поближе друг к другу идти, чтобы подстраховать было можно, если кто-то перевернётся.
– Ага! Одну лодку бортом прижмёт к скале, вторая в неё точно въедет. Вот весело будет!
– Не писай, Виталя! Всё будет хорошо!
Андрей с Вадимом отплыли первыми.
– Ну давай правь, теоретик, – скептически хмыкнул Андрей, уступая Вадиму место на вёслах.
Течение тут же подхватило лодку, понесло. Притормаживая вёслами, удерживали нос строго по течению.
Скорость нарастала. Закачало на стоячей волне. Впереди горбами вспухли валы.
Заплясала резинка. Нырнула носом под вал, стало разворачивать, заработали вёслами.
Накренило. Обдало Андрея волной, промок враз. Вода – в лодку. Выправили нос. Успели.
Скала приближалась. Поток гудел и шуршал одновременно.
Пять метров.
Водяная пыль в воздухе. Андрей подхватил весло, приготовился отпихнуться от скалы.
Вадим сделал два мощных гребка правым, загоняя воду под корму.
Лодку начало разворачивать, ставить поперёк потока, и в это время нос ударился о скалу.
Тряхнуло. Лодку отбросило на метр от скалы и развернуло кормой по течению.
Подхватило, понесло вдоль обрыва и вынесло на середину потока.
Проскочили!
– Смотри! – закричал Андрей.