Второй искали долго. Нашли наконец, но далеко от берега. И был он больше первого – тяжеленный. Тащили, надрывались – десять метров, и всё. Бросали на землю, садились рядом, тяжело дыша. Минутный перерыв и снова – поднять, протащить, бросить. Сучьями цеплялись за деревья, что попадались на пути, приходилось обносить. Пот в три ручья. Жарко. Комары.
Дотащили. Бросили возле первого. Лежали на камнях обессилев. И уже как-то не верилось в благополучный исход. Уже устали.
Отдохнув, стащили в воду. Остатками верёвки Вадим связал стволы вместе – зацепились друг за друга обломками веток – вроде не должны прокручиваться.
Вера с берега передала мешок с барахлом и узел с тряпьём. Кое-как привязал, закрепил. Ног уже не чувствовал, словно деревянные. И только хотел выйти на берег, как Вера начала подносить сухие сучья, ветки.
– Зачем это? – спросил, выбивая дробь зубами.
– Клади сверху. Потерпи, сейчас ещё принесу.
Всё было готово. Связанные стволы грузно плавали в воде, течением их прижимало к берегу, цеплялись сучьями за камни – чуть приподнять, подпихнуть – поплывут. Верёвка – кольцами на берегу – петля на конце.
Вадим сидел, растирая замёрзшие ноги – никак не согревались.
Вера стояла в стороне, задумчиво смотрела на несущуюся мимо воду.
– Спички хорошо упаковала? – спросил Вадим.
– Да.
– А с одеждой как?
– В узел, сверху привяжу. Верёвку приготовила.
Тянуть дальше смысла не было. Надо решаться!
– Ну что? – Вадим поднялся. – Держи конец, – указал взглядом на разложенную по камням верёвку, – а я поплыву.
– Подожди… – Вера словно наконец что-то решила. – Ещё дело есть.
– Какое?
– Пойдём. Тут близко…
– Ну пойдём. Сейчас только сапоги натяну.
– Нож возьми. Вон, на камне лежит.
Шли по берегу, вверх по реке, по направлению к лагерю. Не доходя свернули в лес.
Уклоняясь от нависающих веток и стараясь не наступать на редкие поваленные стволы, он снова почувствовал тревогу. Вспомнил, как бежали тогда…
И сейчас казалось, что за ними наблюдают. Стоит только выйти на открытое пространство – раздастся выстрел. Сложится пополам Вера, уткнётся лицом в беломошник. Гнал от себя этот морок, но в голове тревожно бились одни и те же мысли: «Зря. Глупость! Всё готово, уходить надо, какие дела ещё могут быть? Уходить. Скорее!» А ведь совсем недавно, когда тащили стволы, шумели, покрикивали друг на друга, таких мыслей не возникало вовсе.
Поднялись вверх по склону. Деревья здесь стояли реже. Вера уверенно вывела к небольшому распадку – промоина от ручья, который когда-то весело сбегал к реке. Сейчас пересох и превратился в едва заметный пологий прогиб, заросший мхом. По этому распадку прошли ещё немного вверх.
Небольшая поляна. Да, пожалуй, даже не поляна, а окончание леса, что рваной полосой тянулся вдоль реки. За редкими деревьями и кустами уже виден широкий просвет – тундра.
На краю поляны – берёза странная, ствол внизу толстый, изогнутый, словно в узел завязан. И продолжением этого мощного перекрученного ствола – вверх тонкий прямой ствол. Болело дерево. Победило болезнь. Рванулось вверх, к солнцу, затрепетало листочками.
– Нож дай!
Присела на корточки, воткнула лезвие в землю, режет, будто дёрн собирается снять. Подсунула пальцы, потянула вверх.
«Это же крышка, обросшая мхом. Тайник!» – сообразил Вадим.
Отложила аккуратно крышку в сторону.
Присел рядом на корточки.
Углубление в земле – бочажок – колодец маленький выкопан. Стенки деревянными колышками обложены, чтобы не осыпались. И вода, как в настоящем колодце. Прозрачная – дно видно.
Вадим непонимающе посмотрел на Веру.
Встала на колени, запустила руку по локоть в воду.
Протягивает. На мокрой ладошке – камушки маленькие, словно горох, серенькие… но некоторые поблёскивают на гранях.
– Что это?
– Алмазы, – произнесла, как само собой разумеющееся.
– Как алмазы? Откуда?
– Вода моет…
– Дай посмотреть!
Взял камушек. Маленький, невзрачный, похож на мутный кварц.
Алмазы, алмазы… Что там про алмазы? Дорогие. Твёрдые – стекло царапают. Больше ничего в голову не приходило.
Положил камушек обратно в подставленную ладошку.
Вера достала заранее приготовленную тряпицу, ссыпала на неё камушки, аккуратно перевязала двумя узлами. Спрятала узелок куда-то к себе под сокуй. Приладила на место крышку. Пригладила руками мох на месте разрезов.