«Ваще уволюсь, — пыхнул я дымом. — А то совсем уже опиздоумели там!»
«О-о, вон чего, — с интересом протянул демонюк. — И куда подашься, господин хороший? В КБ продавцом? Так тебя там мигом турнут за недостачу, даа-да-да-да-да. Вариантов размену не ахти сколько для такого-то ангелочка, чтоб трудоустроиться в Девятом-то граде».
«А я ИП оформлю! — гордо вздернул подбородок я. — Свою контору открою!»
Гном со смеху хрюкнул так, что чуть не выронил сижку свою понтовую. Чужая предприимчивость гложет, не иначе!
Крякнув для весомости изречённого далее, коротыш заговорил: «Ну, белорылость, вот сам-то ты посуди да погляди: в хранители тебя не возьмут — слишком ты для этой работёнки безответственный. Да и специализация у тебя, мягко скажем, не та. И куда ж ещё тебе податься, горемычному ангелушечке? Силушка твоя опасна для тебя ж самого тожечки. А из талантов: пить сверх собственного объему и совести — это мало где применимо и в быту потребно».
«А я буду как этот, как Геракл, подвиги совершать: и народ сам мне отстегивать станет! И поболе чем щас вот!»
Я с чувством собственной значимости распрямил спину. Я откровенно заслуживал лавровый венец, а мне его всё никак не давали!
«Как Геракл! Хе-хе. Скорее уж свиристеть как барон Мюнхаузен», — подленько хихикнул в сторонку гном.
«А тебя, коротыш, я не возьму, когда буду штат расширять! Будешь потом локти кусать! А контору назову «Аргонавты»», — торжественно завершил я изложение мысли, устремив вдумчивый взгляд в чёрный зев заплёванного двора-колодца.
«Перепил, — вздохнул гном, пульнув хабарик в темноту. — Пошли давай, продышишься, алконавт, ну то есть аргонавт, да-да-да. И у них там Ясон заводилой был, а не Геракл».
С неба посыпал мелкий противный снежок, мигом обращаясь в чавкающущю грязюку. Не погода, а загляденье. Темень ещё. Круглосуточно почти. Гном поёжился, наспех переобувшись налету: «Не-не-не, в такую погодку даже и трезветь не хочется. Айда в красное прекрасное?»
«Так закрыто уже», — докуривая вторую, вздохнул я.
«Это разве когда было проблемкой?» — Эби хитро сощурил жёлтые бесстыжие глазищи.
«Ты подстрекатель, гном!» — осуждающе, как херувим Васнецова, поглядел я на него. А чуть поразмыслив, добавил: «Вот как бухать, так ты пожалуйста, а как огребать, так я один опять!»
«Э-э, никакой вы, батенька, не аргонавт!» — разочарованно махнул рукой демонюк. Чем меня даже и разозлил. «Гибнет в тебе дух авантюризма! Ясон бы от золотого руна не отказался!»
«В смысле гибнет дух? — искренне возмутился я. — Вон выволочку раз в неделю стабильно получаю, за дух этот вот самый, бля! Полгода без премии! Ты на меня, подлец, не наговаривай, нах!»
Слово за слово, словом. Как оно обычно бывает. Вот и добакланились. Да, покуролесили канеш на полную тогда. Нет ничё более разрушительного для окружающих реалий, чем разводить друг друга на слабо…
А ровно день спустя, уже не соло, как обычно, но дуэтом, порядком обтёрханным и помятым, мы стояли в кабинете Мастера Андраса, разнообразя собой картину его трудовых будней. Мне-то было не привыкать, а вот гном завсегда старалси быть умней и осторожнее. Только что выкрутиться рассчитывал отглаженным финтом: вихлять-то он горазд, но на этот раз не случилось.
Андрас читал маляву, которую на нас накатали, не впервой наслаждаясь сочным шиком описаний содеянного такими-то ловкачами да умельцами. Ну мы и правда умели содеять так, чтоб оно запоминалось и надолго оставалось в сердечке созерцателей, да пред глазами стояло.
В свой черёд мы, организаторы сего непревзойдённого кутежа, ковыряли пол носками ботинок и с пристрастием разглядывали интерьер (лично я его знал уже наизусть и мог зарисовать по памяти, не упустив и малозначительных деталей).
«Это всё ты вот!» — гном, беззвучно шевеля губами, осуждающе покосился на меня.
Я как бы невзначай, чисто по-дружески показал ему средний палец, не согласившись с выдвинутым им тезисом. Диалог, он ведь должен быть по существу и конструктивным. Вот у нас всегда так и было. Вон и на сей раз с полуслова друг друга поняли, безо всяких там уточнений и вводных конструкций.
А тем временем покончив с чтением сего, без сомнения, увлекательного опуса, колдун вздохнул, и сперва поглядел, естественно, на меня, как на приму, высказав: «Я так понимаю, озвучивать, что тебе за это будет, не нужно, дорогуша?»