А далее - суровое темное море, имя которому Понт.
Помолимся,- сказал Ясон.
К огню, который развели на вершине горы, подвели агнца. Тесей посыпал ему голову ячменем и золотыми ножницами срезал для жертвоприношения жесткую прядь шерсти со лба животного. Послышался шум упавшего тела, предсмертный хрип - агнец был принесен в жертву богам. I Iotom ему перерезали горло, и кубок, полный крови, передаваемый из рук в руки свершил свой круг. С агнца содрали шкуру, разрубили тушу.
А окорок покрыли жиром, завернули в шкуру и подали Орфею.
Помолимся,- сказал Орфей, после чего водрузил жертву на пылающие огни.
Зевс-отец, ты, который властвуешь на Олимпе...- начал Орфей, воздев руки к небу, и каждый повторял вслед за ним слова молитвы: сначала имена богов, потом просьбу, чтобы они приняли жертвоприношение от аргонавтов и взяли их под свою опеку, отводя от них всяческое зло.
Геракл не спускал глаз с сжигаемой жертвы. Блеск огня, чистота пламени, чад от шерсти и мяса, наконец, дым, со всеми его оттенками и изгибами, каждая деталь говорила о том, что боги вняли их молитве.
Боги приняли жертву,- произнес Ясон,- к счастью и благу народа и земли Эллады.
Свершив жертвоприношение, аргонавты спустились к морю, и устроили там пир в честь бога Посейдона. Они поедали жертвенное мясо, запивая его вином, тем самым свидетельствуя, что у них общий дух с небесным родом, семя которого вместе с семенем всех некогда покоилось на дне Хаоса. Значит, теперь целая вселенная кружит по их внутренностям.
Беспредельная тайна превращений, извечный путь вверх и вниз, от мертвых к живому, все четыре времени года свершали полный жизненный цикл одновременно. И это было тем, что называлось теперь одним единым словом - Гармония.
- так пел в тот вечер Орфей.
Глава 10
В мизии
«Арго» поплыл прямо на восток, через открытое море. Некоторое время видны были убегающие очертания фрак- сийских берегов, затем и они исчезли в тумане. Когда солнце было в зените, на востоке показался другой берег, по-видимому, сплошной, высокий. Но это только издали так.
Когда подплыли ближе - передний ряд низких холмов явственно отделялся от задней цепи гор, затем и он сам раздвоился, и между двумя пологими грядами показалась длинная голубая лента.
Геллепонт! - крикнул Тифис.
Аргонавты почтили возлиянием память погибшей Геллы.
И после недолгого плавания достигли берегов Мизии. Там они пристали к берегу, чтобы запастись водой и пищей.
Могучий Геракл пошел в лес, расположенный невдалеке, чтобы сделать себе взамен сломавшегося весла новое. Он нашел высокую пихту, обхватил ее могучими руками и вырвал с корнями. Взвалил Геракл пихту на могучее плечо и пошел к берегу. Но боги предназначили ему судьбу, отличную от судьбы аргонавтов.
Неожиданно в чаще деревьев услышал он голос. Его встретил юноша с птичьими крылышками на круглой шапке и с другой парой крыльев на задниках легких сандалий.
Это был быстроногий Гермес.
Брат мой, Геракл! Что делаешь ты здесь?
Геракл, не раздумывая, ответил:
Однажды, когда я проходил по городскому рынку близ храма Артемиды, я увидел толпу юношей; они, горячась, обсуждали какие-то вести. Я прислушался к их речам и узнал о славных замыслах. В далеком Иолке Ясон, сын Эсона, собирает могучую дружину, чтобы плыть за Золотым руном, за сокровищем Эбеидов, Фрикса и Геллы. Мышцы мои крепки, взор ясен. Я пошел в Иолк, к Ясону. Знаю, много подвигов совершит он на своем пути, и, если я вместе с ним прославлюсь добрыми делами, прославлю свое имя, боги простят мне мой поступок... Ты знаешь, о чем я говорю?