А в чаще резвились, бегали насекомые, горя, словно самоцветные камни. Огромные бабочки порхали с ветки на ветку и, когда раскрывали свои крылья, сверкали всеми цветами радуги. Обезьяны с криками цеплялись за лианы, которые, словно толстые канаты, перекидывались с пальмы на пальму. Бегали проворные ящерицы, мелькнул, меняясь из синего в ярко-красный цвет, хамелеон. Огромный, мохнатый, словно поросший черными волосами паук раскинул между деревьями свои сети, крепкие, как проволоки, и, притаившись, поджидал крошечных птичек, которые беззаботно чирикали, перескакивая с одного куста на другой. Скорпион, извиваясь, промелькнул около ног Ясона, не сделав ему никакого вреда.
И все это шептало, все говорило на человеческом языке.
Будь проклята, моя прошлая жизнь! - ворчал мохнатый паук,- много мне принесли мои сокровища, был я знатным вельможей, приехал сюда из далекой страны, с острова, где вечный холод и туман! Сколько героев начало кашлять кровью от моих побоев, сколько их жен, дочерей и сестер я купил! И вот теперь принужден сосать кровь из маленьких птичек, как пил ее когда-то из людей! Лучше бы меня убил кто!
А мы были бедными! - говорили пальмы и тростники,- но у нас не осталось детей, и вот почему мы в дремучем лесу, а если бы не зарезали наших потомков, мы выросли бы у их домиков, заботились бы о них, давали бы им цветы и плоды, лакомства и пищу.
Я всегда стремился к небу! - говорил один из рабов, превращенный в пальму.
А я хоть думал больше о земном, но никогда не сделал зла, не пролил крови! - весело говорил обремененный плодами банан.
А веерная пальма покачивалась, как огромное опахало, и шелестела своими листами:
Взгляни на меня, путник, как я красива. Всю жизнь я помогала нуждающимся. И меня все эллины зовут «пальмой путешественников». Ты умираешь от жажды и зноя, сломай один из моих листьев, внутри таится такая чистая, прозрачная, как кристалл, как лед, холодная вода.
Взгляни в мои глаза! - шептала та самая змея, в которой Ясон позже узнает свою будущую жену, Медею,- взгляни! Тебе я не сделаю зла. Взгляни в мои глаза: сколько чар в них, от них нельзя оторваться. Таковы же они были и тогда, когда я была женщиной. Мы еще встретимся. Я любила песни и пляски, огонь и кровь, я умела многое. И вот теперь от меня все бегут, я страшнейшая из гадин, и должна, должна искать человеческой крови, доставляя на колеснице ее своей повелительнице. Нет крови в сердце моей повелительницы, бледная, как покойница, посиневшая, лежит она. И я отыщу спящего и ужалю его, и подползу к своей повелительнице и жалом лизну ее по губам. Тогда подымется страшный, бледный, синий вампир, и на крыльях летучей мыши полетит к трупу, и вопьется в те ранки, что я сделаю зубами, и капля по капле станет пить кровь. И нальется кровью сердце моей повелительницы, богини Гекаты, и грешный румянец, как зарево пожара, который загорится в крови, вспыхнет на бледных щеках. И страсть омрачит ее рассудок, и помчится она в колеснице к своему повелителю и осыпет его отвратительнейшими из ласк. Ласки, от которых родятся скорпионы и женщины-вампиры. Словно два желтых огня сверкнули в темноте чащи, черная пантера, щелкнула зубами, завыла и кинулась искать человеческого мяса. В ней жила душа убийцы.
О боги! К чему я питался мясом, приносимых в жертву животных, чтоб жить! - вздыхал полу человек- полу кабан, с треском раздвигая кусты.- Вот за что я превращен в гнуснейшее из четвероногих.
А я была невестой, но умерла до брака! - прошептала мимоза и стыдливо закрыла свои листики. Прекрасный голубой цветок, в котором сияло Золотое Руно, душистым венком обвил голову Ясона...
И Ясон вскочил, получив сильный удар головой о палубу. «Арго» качало на волнах.
«Странный, какой странный сон я видел»,- подумал Ясон, но у него не было времени и возможности, чтобы хорошенько обдумать и проанализировать все, свершившееся с ним в этом удивительном сне, поскольку аргонавтам, всем вместе, пришлось дружно налечь на весла, чтобы преодолеть встречное течение.
Когда же с этой бедой было покончено, Ясон успел многое забыть из увиденного, потому что команда наперебой стала рассказывать всякие курьезные истории, которые только могли прийти на ум каждому. Пока ничего не предвещало никакой опасности. И Ясон забыл о своем недавнем вещем сне. Сняв хитон и отряхнув его от брызг, он слушал веселый рассказ Лаэрта.