Что вы, что вы, никого у меня нет!
Напрасно вы от меня таитесь,- предостерег его врач.- Ваши дни уже сочтены! Мне же будет чрезвычайно неприятно, если скажут, что я пренебрег нашей старой дружбой и не лечил вас, ведь это равносильно убийству! Лучше уж отныне совсем перестану вас навещать!
И он уже хотел удалиться, но испуганный вельможа остановил его, воскликнув:
Хорошо, я расскажу вам все без утайки! - поведал ему обо всем, что с ним приключилось,
Врач после некоторого раздумья, промолвил:
Это, должно быть, та самая Дева в лиловом, молва о которой давно уже ходит по свету. Злой рок привел вас прилепиться к ней сердцем! Случалось даже, что она выпивала всю кровь из человека, доводила до смерти. Чтобы там ни было, а женщину ту непременно убейте! В противном случае она вас не оставит в покое, и надежды на исцеление не будет.
Ясону в этот момент показалось, что устами Китисора говорит с ним сейчас тень убитого Фрикса.
Услышав совет врача, вельможа испугался.
Да, да, вы правы! - вскричал он.- Ночные посещения неизвестной красотки наводят на меня ужас! Сегодня же вечером я зарублю ее насмерть!
Он приготовился и стал ожидать. Дева явилась и, утирая слезы, сказала:
Так вот что? Вместо прежней любви вы теперь вознамерились предать меня смерти? О, как это горько! - и она хотела к нему приблизиться, но он, обнажив меч, стал наносить удары, и она тотчас обратилась в бегство. Он погнался за ней и преследовал, покуда она не скрылась в глубокой пещере, в дальней лесной чаще, за морем.
Но и после Дева в лиловом по-прежнему появлялась, пылая жаждой мести и постоянно меняя облик. Но вельможа благополучно спасся от безвременной смерти, вознося молитвы своей покровительнице, богине Гере,- закончил Китисор.
А вот что я расскажу,- перебил Китисора Мопс.- Как вы знаете, существа, то есть птицы, которых мы зовем воронами, служат богам подземного царства и обладают удивительным свойством читать все мысли, приходящие на ум человеку.
На одном из островов, при храме богини Деметры, жил некий ремесленник, приготовлявший из дерева чашки и другую утварь. Однажды, когда он, выгибая тонкие деревянные пластинки, как обычно, мастерил посуду, откуда ни возьмись, появилась перед ним красивая девица лет двенадцати-тринадцати.
Удивленный ее появлением, ибо пределы храма на том острове были для женщин закрыты, он устремил на нее пристальный взор и видит: подошла она к его лавке и стала перебирать опилки и стружки, приговаривая:
Ах, бедная сосна, сломали тебя, срубили!- так сокрушаясь о дереве, она всячески мешала ремесленнику работать.
Ремесленник гнал ее прочь, бранил, однако, она не обращала на его слова никакого внимания. Тогда, рассерженный не на шутку, решил он тихонько подкрасться к ней и стукнуть ее разок-другой деревянным молоточком, но не успел он о том подумать, как она, сразу угадав его мысли, сказала вдруг:
Ах, вот как, вы хотите меня ударить? Напрасно, у меня быстрые ноги, убегу прежде, чем вы успеете на меня замахнуться!
Тогда он надумал бросить в нее точильным кругом, но она засмеялась:
Нет, нет, терпеть не могу, когда в меня чем-то кидают!
Пока он размышлял, что ему делать, со стены случайно свалились зажимки для деревянных пластинок и задели девицу за кончик носа. От неожиданности она очень перепугалась, в тот же миг приняла истинное обличье, обернулась вороной и улетела в горы.
Там собрала она множество сородичей богини Деметры и сказала:
Ой-ой, на свете нет ничего страшнее ремесленника, изготовляющего посуду! Ни в коем случае туда не ходите. Гнев разбирает меня, как вспомню, какого страха я натерпелась! Нужно этой же ночью спалить храм и пустить его по миру голым.
Затем вороны, служительницы мрачной богини Деметры, договорились, в каких местах подожгут они храм Геры, и назначили время.
В тот же день один из жрецов храма, задремав перед обедом, был разбужен гомоном налетевших неизвестно откуда ворон. Скорбь охватила его при мысли, что сгорит святая обитель.
«Пожертвую собой,- решил он,- отправлюсь в царство Аида, уговорю богиню Деметру не предавать сожжению храм».
В тот же день он умер, покончив с собой.
А в храме Деметры случилось вскоре после этого чудо! Однажды ночью кто-то снял тяжелый навес с огромных главных ворот, который несколько сот людей и то не могли бы сдвинуть с места, и бросил его на дорожку, ведущую к храму. С тех пор местные люди покинули этот храм, он стал необитаем, и до сих пор там не ступает нога человека.