Но девушка, не отвечая ни слова, оперлась щекой, розовой от волнения, на руку и погрузилась в невеселую думу.
А жених поднялся на крыльцо с видом победителя, словно говоря: «Теперь-то уж она не сможет отказать мне, теперь она будет моею». По виду, по тому, как суетился старик, было заметно, что и он разделяет радость Акаманта. Старик не отставал от дочери: «Жемчужные деревья на нашем острове не растут. Не легко, верно, было сыскать такое дерево. Подумай, какие опасности перенес юноша. Уж, видно, любит он тебя сильнее всех. Как ты на этот раз откажешь жениху? Дала слово - держи. Да и собой он загляденье как хорош!».
Не хотелось Скилле огорчать заботливого отца решительным отказом и она, сделав жалостное лицо, сказала первое, что пришло ей в голову: «Не нужна мне жемчужная ветка, и в руки-то брать ее не хочется. Не ждала я, что он ее добудет. Как"быть теперь, что делать?».
Но старик Корее не послушался на этот раз дочери и стал готовить опочивальню для молодых. Но уж очень занимало его, как это знатному вельможе удалось добыть такое диво и стал он допытываться: «А где растет такое дерево красоты небесной, чудесной, небывалой?».
И как только начал Акамант расписывать все немыслимые воображению приключения, которые выпали на его долю, тут, как на грех, ввалилась во двор гурьба людей. Было их шестеро. Один из них нес письмо, другие, громко переговариваясь, следовали за вожаком.
Я - старшина мастеров златокузнечного дела из дворцовой мастерской,- объявил он.- Зовут меня Терсид. Изготовил я вместе с моими подручными жемчужную ветку. Больше тысячи дней трудились мы не покладая рук, ломали голову, как бы поискусней выполнить работу, голодали, не брали, бывало, в рот и хлебной крошки, не то, чтобы мяса или дичи. Наниматель наш обещался хорошо заплатить нам за работу, но награды за свои труды не получили. Просим уплатить нам.
О чем толкует этот странный человек? - недоуменно вопрошал Корее.
Акамант же от смущения был сам не свой, душа у него готова была расстаться с телом, и сам он покраснел до кончиков волос. До слуха Скиллы стали долетать слова: «...изготовил я жемчужную ветку; не заплатили за труды; не разгибая спины...». Она тотчас потребовала: «Покажите мне немедленно прошение этих людей». Раскрыла она письмо и прочла, немея от любопытства: «Милостивый вельможа, достославный Акамант! Больше тысячи дней мы, подлые ремесленники, скрывались вместе с вами в одном потаенном доме, в глухом месте, далеко от людей. За это время с великим тщанием изготовили мы по вашему высокому повелению драгоценную ветку, всю сплошь усыпанную жемчужными гроздьями. Вы обещали, что не только пожалуете нам щедрую денежную награду за нашу работу, но и добудете для нас доходные государственные должности, однако ничего нам не уплатили. Пока мы думали, как же нам теперь быть, дошли до нас вести о том, что изготовлено это украшение в подарок вашей будущей супруге, лучезарной деве Скилле. И вот мы пришли сюда в надежде получить от ее милости обещанную плату».
Когда девушка прочла эти слова, лицо ее, с самого утра затуманенное печалью, вдруг просветлело, залилось невыразимым счастьем, она улыбнулась пленительной осеняющей все вокруг золотистым светом улыбкой и позвала к себе отца:
А я то в самом деле поверила, что ветка эта - настоящая и привезенная с чудесной горы! Все было низким обманом. Скорей отдай назад эту жалкую подделку.
Ну, уж раз это подделка,- согласился старик,- то, само собой, надо ее вернуть обманщику.
Легко стало на сердце у Скиллы. Отослала она жемчужную ветку и стала жить, как и прежде: спокойно и радостно. А лукавый Корее, который до раскрывшейся уловки так приветлив и добр был в беседе с Акамантом, прикинулся будто спит и прикорнул на лежанке. А бедный жених не знал, что ему делать, куда деваться от стыда и позора.
Наконец сумерки опустились на землю и, благословляя темноту, Акамант, как вор, потихоньку оставил дом Кореса.
Счастливая же девушка позвала к себе златокузнецов и в благодарность за то, что они так вовремя подоспели со своей жалобой, щедро наградила их, как своих спасителей. Мастера не помнили себя от радости. Они то и дело кланялись Скилле, любовались ее несравненной красотой да приговаривали: «Получили мы все, на что надеялись, и даже больше того!». Довольные, пошли они домой, но на обратном пути подстерегли их люди Акаманта и нещадно избили. Увы, не долго пришлось ремесленникам радоваться щедрой награде - побросали они деньги и убежали, насилу ноги унесли.