- Нашел!
Вот счастье-то.
- Так… Временное отстранение… Расследование в штатном режиме… Квалификация отложена до результатов… Предварительное определение: самоуправство или превышение служебных полномочий…
Очень интересно. Насколько помню, мне было заявлено совсем другое. При аресте, по крайней мере. Правда, дяденька в пафосном кабинете уже начал юлить, сползая к нанесению ущерба. Теперь, как выясняется, все либо запуталось окончательно, либо прояснилось. Хотя одновременно превысить и… Что там, самоуправство? А, ну если в смысле собственно наказания смотреть, разница невелика. Вот для послужного списка выбор из двух зол может иметь существенное значение, но это уже юриста надо спрашивать.
- Медицинское освидетельствование… В наличии. Заключение психолога… Ага, без ограничений.
Могу понять, когда система безудержно плодит формы и бланки, но когда она еще и сама их успешно заполняет, без участия участников?
Нет, с точки зрения чистой физики вопросов нет: могли осмотреть тридцать три раза, пока я был в отключке. А как быть с психикой? Вряд ли бессознательное состояние в данном случае способствует. Скорее наоборот. Но раз отметка стоит…
Такими вещами шутить не принято. Потому что чревато. Напрашивается единственный вывод: кто-то из тех двоих, кто меня допрашивал, имеет диплом нужного образца, чтобы выдавать подобные заключения. Хотя я на их месте себя бы забраковал, на тот момент уж точно. Ну, будем считать, что специалистам виднее.
- На период отстранения, в целях сохранения адекватного уровня адаптации…
Звучит подозрительно. Понятно одно: спокойно ждать, чем закончится следствие, мне не дадут.
- Рекомендовано участие в социальных и общественных программах межведомственного взаимодействия.
Приехали. Ладно, от обвинения в изнасиловании отказались. Но какой умник пихает подследственного с диагнозом «самоуправство» в общественную работу? Или они просто издеваются, или это новейшие веяния психологической терапии.
Хотя, есть и третий, совсем неприятный вариант. Кому-то вздумалось меня закрыть, но с первого раза что-то не срослось, и теперь методично будут пробоваться другие подходы. Пока не попаду в нужный капкан.
- Вам нехорошо?
Это потому что я лицо рукой прикрыл? Да как бы сказать помягче…
Довольно странно сознавать, что на тебя открыли охоту. Тем более, когда толку от зверя ноль: ни меха, ни мяса. Кому же я успел так сильно насолить?
Предполагать, что кто-то нацелился на мое место? Смешно. Нафиг оно никому не сдалось, скорее наоборот: те же Рито и Мекки спят и видят, чтобы убраться на этаж повыше, где и кормят сытнее, и возможностей больше. При этом возникает закономерный вопрос, какого черта рядом со мной забыл Полли, который, судя по пиджаку и мотоциклу, прозябает здесь либо из любви к искусству, либо…
Не хочется думать, что в каких-то хитрых целях. Не верится. Вот чего в Портере нет, так это хитрости. Ну, или он мега крутой актер. С номинацией на «Оскара».
Нет, пока из всех правдоподобных вариантов подходит только один: я сорвал кому-то представление в башне. И этот кто-то достаточно влиятелен, чтобы устроить мне веселую жизнь.
- А чем бы вы сами хотели заняться, мистер… э… Тауб?
- В смысле?
- По программам. Посмотрите перечень?
Наверное, меня перекосило, потому что лохматый отставил эту идею в сторону, впрочем, тут же ухватившись за новую:
- Тогда давайте прикинем по анкетным данным… Вы не против?
- Да хоть на ромашке гадайте.
Он рассеянно моргнул, пальцами исполнил на планшете очередное танцевальное па и вперил взгляд в экран. Довольно надолго. Потом прочитал вслух:
- Сведения о первичной регистрации отсутствуют. Это как так?
А вот так. И не у меня нужно спрашивать. Я тоже сильно удивился в свое время, только не в тот момент, когда услышал эту формулировку, а когда смог понять, что она означает.
Первым факт взлома, проникновения и покушения на убийство установил патрульный, который поутру делал обход квартала. Увидел открытую дверь, заглянул. Нашел труп женщины и меня. А потом в доме, кроме которого я почти ничего не знал в этом мире, появилось очень много людей и еще больше вопросов.
Ни в одной официально базе не нашлось сведений ни об убитой женщине, ни о владельцах дома, ни о мальчике, послушно выполняющем все, что ему прикажут, но не имеющем представления о многих простых вещах. Например, о том, что когда случается что-то нехорошее, нужно как можно скорее вызывать полицию.
Винить не винили, конечно. Но расспрашивали долго, и, насколько помню их лица, как минимум приходили в недоумение, а то и вовсе охреневали от услышанного. Вернее, от того, что услышать так и не смогли.