Ровальд многозначительно посмотрел на Орин. Он предупреждал. Но, смилостившись над девушкой, добавил:
-Машины, может и не победили. Может, почти все спаслись. Но именно этот корабль пошёл на дно. Все челноки использованы. Человечество выжило, колонизировав другие планеты. Всё нормально.
-Трудно поверить. – Сказал Зилс, но дальше этого спорить не стал.
Килия разделяла мнение Зилса. Ей тоже было трудно поверить во всё, что сказал Ровальд, и тем не менее, не верить она тоже не могла. С найденным журналом ознакомились все. Как и с видеозаписями со скафандра Ровальда. Это было одно из последствий электроклятвы – взамен Ровальд делился самым сокровенным.
Именно поэтому группа шла другим путем, в обход. Единогласно решив не встречаться с треногой. Даже если есть возможности с ней справится, лучше беречь моральные силы. Каждая находка, что-то новое, сжирает огромное количество этих сил. Исследование, нацеленное на то, чтобы завершиться в один заход, вряд ли завершится за раз. Ведь каждый член группы безмерно рисковал самим фактом общения с Ровальдом (не говоря уже о самом Ровальде). Потушить аварийные маяки, исчезнуть с карт обязательной геолокации, особенно на долгий период, может повлечь не просто штрафы, а очень нежелательное внимание органов.
-Как думаешь, куда делись машины? – Решила начать разговор Орин.
-Предки прятались по той же технологии, что и информацию в бортовом журнале.
-То есть?
-Скорей всего, - начал размышлять Ровальд. - если машины и искали человечество, чтобы истребить до конца, то просто нас проморгали. Но система, защищавшая колонизированную Землю, уже давно отключена. Так что, я не знаю, как обстоят дела сейчас. Возможно, машины улетели слишком далеко, до сих пор ищут нас, где-то в других местах.
-Тогда, где эти адские твари сейчас? – Вошёл в тему разговора старик-гном. – Бред же.
-Может быть, они в очень далеких местах. Другая галактика, например.
-Дикие вещи. – Сказал Зилс. – Даже мы не может попасть в другую галактику. Мы и Млечный Путь-то не изучили. Что там освоили? И 1% нашей галактики не исследован. Бред же. Как эти машины могли уйти в другую галактику? Не логично. За пределами законов физики.
-Зилс, технологии всё растут и развиваются, мы вон сколько всего увидели, а ты до сих пор представить не можешь что-то большее. Тем более, что-то такое простое, как другая галактика.
Зилс фыркнул.
-Я физик до глубины души. Что поделать?
-Консерватор. Заспиртовавшийся. – Сказала Орин. Она разделяла точку зрения Ровальда. – Ров, кажется, ты не договорил. Какой ещё вариант может быть?
-Самый страшный. Возможно, они просто спят рядом, выжидая момента. – На этом в эфире повисла гробовая тишина. - К чему я, кстати, и склоняюсь.
Орин вздрогнула. Килия замерла, как вкопанная, гном замер. Хотя старик и назвал это бредом, однако, в глубине души знал, что это правда. Просто не мог смириться, что всю жизнь верил в ересь.
Какое-то время Ровальд смотрел на них, перепуганных, а потом отмахнулся:
-Да успокойтесь. Тут за всё время один робот еле нашёлся. Ну, залез он в треногу. Будь всё так плохо, уже бы давно всё жило своей жизнью. Открыли слишком много дверей. Но никого нет. Автоканеры молчат. Что тут есть, так это максимум несколько защитных механизмов, которые дышат на ладан. Забейте. Если весь мир и полыхнёт, здесь, точно будет спокойно.
Открывая дверь за дверью, каждое оружие, каждая находка, в дальнейшем, реагировали только на прикосновение кожей. Воздушые вибрации активированных предметов постепенно перестали пугать. И уже более спокойным темпом, более расслабленно, даже не обращая внимания на радары, группа брала всё, что находила. Изучающе прикасались к стенам, водили руками по столам (соблюдая правило 20 секунд), странным приборам, аналогам ложек и вилок, пытаясь активировать хоть что-нибудь ещё. Охватил нешуточный азарт. Никто не обратил внимание, что появилась гравитация. Что предметы лежат, а не парят в воздухе. Да и сами они, давно свободно ходят не стесняя движений, без магнитных присадок, которые автоматически отключились системой скафандра.
Через четырнадцать часов пути, десяток вскрытых дверей, группа остановилась на тупике, точнее, на развилке вправо и влево. Оставалось чувство, что впереди долгая дорога. Но именно здесь, на развилке появились хорошо знакомые Ровальду три борозды глубиной в несколько сантиметров. Тянулись тремя линиями вправо до самой темноты. Там же виднелись и всплески засохшей крови, окрасившие пол чёрными пятнами. Стоило присмотреться, удалось рассмотреть иную подробность: засохшие вечные сгустки крови, законсервированные, тянулись от пола до потолка как засохшие сопли и так повторяясь каждые несколько шагов. В ту сторону идти не хотелось.