Выбрать главу


- Так вот. Этот бог вскоре проснется, а его сила будет обращена против всех окрестных миров, включая Рари, Землю и многие другие. В данный момент мы же собираем войска, дабы уничтожить этот мир, желательно до того, как проснется Ктулху – это имя этого Безымянного. Потом, мы хотим убить его, дабы не допустить в будущем повторения геноцида, устроенного Ктулху в этом мире.


- Это все очень серьезно, господин Хубаксис. Наше виденье показывает, что вы говорите правду, однако откуда мы можем знать, что вы не повернете своё оружие против нас.


- Я не могу говорить за всех в Совете Двенадцати, но среди нас, есть как минимум пятеро, кто мечтает уничтожить Лэнг, а среди них глава Совета – Креол Разрушитель.


- Можем ли мы поговорить с ним? – вернул самообладание Айладир Тонгмелль Та.


- К сожалению, в данный момент это невозможно. Креол Разрушитель отправился в другой мир, к слову, тоже пострадавший от неудачной экспансии Лэнга, дабы привести под свою руку, тех немногих, кто выжил после боя с ними.


- И сколько не будет Креола Разрушителя?


- На этот вопрос я тоже не могу ответить, так как он отправился в путь пару недель назад. Ориентировочно, где-то полгода.


- Мы должны посовещаться с главами наших государств.


- Конечно. Если вы захотите быстро посетить Иххарий, то вот, держите.


- Что это? – недоуменно спросил один их магов, беря из моих рук небольшой алый камень размером с кулак ребенка. Сам камешек испускал едва видимое сияние.


- Это артефакты телепортеры, переносят в Иххарий по ключевому слову, которое написано на самом камне.


- В таком случае мы прощаемся с вами, - произнес Айладир Тонгмелль Та.


- Конечно.


Делегация Эйстов чинно ушла восвояси, а ко мне потом зашла Садкаличета, освободившаяся от экспериментов.


- Ты решил перетянуть на нашу сторону эйстов?


- Почему нет. Раз пришли сами. Их поддержка будет полезна в случае, если мы полезем к Ктулху, а обитает он во Р`льехе.


- А с остальными также?


- Опять же, почему нет. Что эйсты, что дэвкаци, будут полезны в боях.


- Давай я с ними сама поговорю, а ты пообщайся с послами Рокуша и Ларии.


- С чего это?


- Да не люблю я этих людишек, так и хочется приложить их чем-нибудь потяжелее, а дэвкаци и кентавры? С ними как-то проще вести дела, да и знавала я как-то в юности Великого Намиба Гертонга, а он был воистину великим вождем.


- Ладно, - смирился я, - Я поговорю с Рокушем и Ларией. Авось и у них сможем стребовать для себя что-нибудь.


- Я верю в тебя, мой джинн, - произнесла Садкаличета и поцеловала меня.


- Вот это поворот, - подумал я провожая удаляющуюся фигуру бывшей главы Совета.


Делегации от Ларии и Рокуша я решил принять вместе, тем более, что они не особо возражали. Их вопросы были аналогичны вопросам эйстов, на что я успокоил их, сообщив, что ни на Ларию, ни на Рокуш, Серая Земля не планирует нападать, по крайней мере сейчас. Делегации слегка успокоились, но я таки стребовал с них кое-что. Как я помню, на кладбище в Рокуше, где-то можно найти несколько тысяч отборных бойцов, которые остановили серых, количество которых превышало рокушцев в двадцать раз. В Двадцать Раз. Договорились на том, что я обсужу это дело с остальным Советом Двенадцати, когда тот соберется в полном составе.


Также меня заинтересовали кииги. Именно они нанесли Хобокену антимагическую татуировку-стигму, которая подобна моей антимагии. Надо бы с ними познакомиться и поучиться. Авось и научат чему-нибудь полезному. Ведь насколько я помню, верховный маг киигов мог напрямую противостоять Шаб-Ниггурату, недолго, конечно, но мог. Значит решено. Пока Креола здесь нет, пойду осваивать новую магию. Магию киигов.

Глава 14 Начало войны?

Закончив с дипломатическими вопросами, я предался блаженной неге. То есть наполнил для себя большую ванну воды, которую нагрел до температуры кипения и с чувством глубочайшего удовлетворения лег внутрь. Пусть моё тело не может передать весь кайф лежания в этом уголке Рая, но расслабился я знатно. Постоянно тренируясь, вечно что-то изучаю, я толком не отдыхаю. Если бы я был человеком, то наверняка сдох бы от переутомления, но к моему великому счастью, я джинн.