— Явись человек-скорпион, — сказал я, вызвав всезнающего демона где-то горах Фиора. Демонология в Фиоре была запрещена от слова совсем, а нарываться на «любезность» со стороны Совета магов, мне совершенно неохота.
Человек-скорпион явился снова и как обычно, я окружил нас коконом абсолютной защиты, дабы никто не смог бы мне помешать допросить этого демона.
— Ты знаешь кто я?
— Да, ты маг Гарол.
— Ты знаешь, что за дракон напал на остров Небесного волка?
— Знаю, это дракон Акнология.
— Где найти дракона?
— Империя Пернгард.
— Скажи точное местоположение дракона?
— Самка близко.
— Самка даже если захочет, не пройдет сквозь защиту. Говори.
— Дракон летит на запад в Фиор.
— Где будет находиться этот дракон, когда появится в Фиоре?
— Во многих местах.
— Отвечай нормально, или я сниму защиту.
— Самка и тебя заберет с собой, — осклабился демон.
— Тогда я её убью, не суть. Назови точное местоположение.
— Гора Хакобе.
— Через сколько дней он будет там, и на какой срок?
— Прибудет через три дня, будет находиться два дня.
— Свободен, — ответил я и демон исчез.
Гора Хакобе, значит. Ну-ну, сначала я подготовлюсь. Три дня, конечно маловато, но слабенькую душу Света хватит с лихвой, чем я и занялся. Магия восстановлена полностью и маны на создание подобного чуда я не жалел нисколько. Зачем мне душа Света? Ведь при её использовании, я скорее помогу горе Хакобе сменить климат на более благополучный, а территорию вокруг облагородить по высшему стандарту. А мне нужно убить тварь, которая уничтожила целый остров, вместе с Макаровым, Мирой, Нацу и прочими нашими друзьями. Этого я простить не мог никак. Поэтому, я превращу её в душу Тьмы, которая сотрет в пыль территорию размером с маленькую деревню, а больше мне и не надо. Я сам выживу, а если и дракон выживет, то я даже не знаю чем его валить, разве что адамантом или призывом какого-нибудь демона, лучше архидемона, но в этом случае я сильно рискую. Пусть я и демонолог, но пока что опасаюсь призывать архидемонов. Прибережем это на крайний случай. Жалко, что на кровь дракона я не могу воздействовать, слишком она пропитана маной оборотня. А жаль. Ну да ладно.
Еще пришлось отвадить Джувию от желания моей тушки в раздетом виде. Еле-еле убедил себя отказаться от разгоряченного женского тела в сексуальном купальнике, но дела сами собой не сделаются. Не хотелось терять концентрацию, во время создания души Света. Мне удалось создать первую душу Света в этом мире. Пусть я и создавал их ранее, но всякий меня берет гордость, как создателя этого великолепного творения. Каждый раз, когда я её делаю, то хочется использовать её именно для того, для чего она создана. Длань Инанны — моя самая любимая Длань. Её цель — облагородить, вылечить, сделать более счастливым что ли, как целителю и магу Света это очень и очень нравится. Еще в прошлом мире я помог облагородить территорию огромного государства, от севера до юга. На этот раз я собирался применить Свет Зари для превращения души Света в душу Тьмы. Душа Тьмы страшное оружие и делать её запрещено было даже в Шумере, разве что для полного и тотального уничтожения противника. Креол рассказывал, что когда в войне с куклусами начали погибать архимаги, а они ключевая сила в противостоянии с врагом, то власти хотели использовать парочку душ Тьмы, для полного уничтожения вражеской армии. Но в итоге все равно отказались. Душа Тьмы не просто уничтожила бы куклусов, она стерла бы на столетия возможность что-либо вырастить на проклятой земле. Земля, вода и жизнь на долгие годы ушла бы из места, где использовали душу Тьмы. Даже душа Света не смогла бы сразу поправить полученный ущерб, вот пара-тройка смогла бы, но делать их, мало кто умел. Даже Креол тогда не умел делать их.
Ровно сутки спустя стоя на вершине горы, я вдыхал свежий, правда чуть разреженный воздух, присущий горам. На самом деле это не одна гора, а небольшая цепь горных хребтов, из которых Хакобе является самой высокой. Приготовив все, что нужно для схватки с драконом Акнология, я принялся ждать и усиленно мониторил небо, чтобы не пропустить приход могучей ящерицы. Доппели расползлись на многие километры от меня, окружив гору со всех сторон, снизу и сверху. На вершине горы сидел я и вслушивался в местный эфир, фиксируя даже мелкие изменения. У меня в кармане лежит около пары тонн соли, на экстренный случай. В одном из горных плато поблизости, я выдолбил большую яму и заполнил её водой, которая постепенно мерзла. Температура то не южная.