Мало кто знал, что Гаеболг за годы познавания магии научился чувствовать волшебников и их силы, что зачастую помогало отбирать к себе перспективных магов. Например, та же Уртир. Он узнал о ней случайно, после экспериментов своего коллеги по гильдии Шестеро просящих.
В своё время тот занимал пост главного в центре исследования волшебства и решил поглядеть на перспективную ведьму своими глазами. Узнав, что она до кучи дочь знаменитой ледяной волшебницы Ур, он забрал её в центр, где подверг серии экспериментов, которые закончились удачно. Не желая отдавать столь ценный кадр обратно матери, он рассказал будущей волшебнице, что мать забыла её, а матери, что дочь погибла. По несчастливой случайности Уртир сбежала из центра, используя возросшие способности, и, как любой ребенок, отправилась домой, но спустя несколько дней она самостоятельно вернулась назад, полная решимости и зла. То что надо.
Когда Брейн ушел из жизни девочки окончательно, Хэйдс нашел её в великой библиотеке, расположенной в глубине лесов, где застал эту девочку, что учила заклинания, обложившись книгами, трактатами о магии и потертыми свитками с описанием того или иного волшебства.
Сейчас же мастер темной гильдии впервые задумался, а правильно ли он поступил, напав на Хвост феи. Его гильдия годами собирала ключи для возрождения великого темного волшебника Зерефа, который когда-то и преподал ему самому несколько уроков волшебства, положив начало становления могущественного мага. Раз Зереф жив, то вполне способен научить еще чему-нибудь, все же он живет достаточно долго, а за прошедшие почти полвека можно многое достичь, сам Хэйдс тому пример. Однако долго думать ему не дали. Огненная волна обжигающего белого пламени сошла с руки молодого колдуна и направилась к нему самому. Ну что же посмотрим, насколько ты силен, мальчишка. То были последние мысли перед боем.
Конец взгляда со стороны.
— Волна огня, — сказал я и вытянул руку вперед, указывая на архимага. С руки сорвался огромный вал почти белого огня. Доппель закончил наговаривать заклинания в посох, плюс я активировал парочку рунных кругов и выстрелил в архимага концентрированным водяным потоком. Мана штормового моря вливалась в меня и значительно облегчала мне работу со стихией воды. Телекинетик попытался было свести на нет мои потуги, но в него на полной скорости врезался Лексус и принялся колошматить мага, попутно отгоняя его с поля битвы.
Архимаг защитился каким-то щитом и принялся что-то колдовать. Фиолетовые рунные круги зажглись на его пальцах, он сложил руки пистолетом и принялся палить по мне ярко-фиолетовыми сгустками энергии. Ковбой хренов. Телекинезом я поднялся на метр в высоту и, схватив посох двумя руками, выпустил заклинание грозового тарана. Это заклинание из школы электромагии, долго перезаряжается, но бьет так, что мало не покажется.
В темном от туч небе сформировалась молния, толстая и мощная, под стать самой природе. Я опустил посох вниз, указывая точно на коцебу, и на краткий миг мир замолчал. Волны не шумели, ветер затих, само пространство заглохло. Архимаг глядел на меня чуть исподлобья, словно насмехаясь надо мной. Его гнусная улыбка, больше похожая на оскал, вмиг стерлась с губ, когда молния ударила об корабль, разломив его на шесть неравных частей.
Внезапно архимаг схватился за сердце, но мгновение спустя принялся с ожесточением швырять в меня концентрированные лучи Тьмы. Щит Света держался достойно, но архимаг вкладывал в удары просто колоссальную силу. Ладно, шутки в стороны. Аура архимага засветилась потусторонним светом, а осколки коцебу будто при замедленной съемке падают вниз, разбиваясь о редкие скалы, сам архимаг резко рванул ко мне, попутно извлекая из рукава сверкающую белым светом цепь с мощным взрывным заклинанием.
Аура не лжет, никогда не лжет. Моя аура взбурлила и навстречу архимагу повалило облако Тьмы. Тот факт, что я не владею Тьмой от слова совсем, меня никак не останавливал. Сверкающая Светом цепь столкнулась с облаком Тьмы, которое в мгновение ока разъело её до последнего сочленения. Архимаг слегка удивился и произнес:
— Крепкого волшебника вырастил Макаров, но…
Я не стал ждать, пока мастер Хэйдс договорит что-то там и швырнул в него заклинание медицинского паралича, перекачав маной оное. Паралич влетел в ауру мага, архимаг дернулся, но усилием воли как-то стряхнул с себя оцепенение. На заметку, паралич не катит.
— Девятый вал, — произнес я, активировав заклинание, которое при поддержке из моря обещало стать воистину ужасающим. Морская вода в очередной раз вспенилась, забурлила, и за моей спиной выросла волна, способная потягаться высотой с парочкой гор из моего бывшего мира, волна, скрывшая за собой весь остров Небесного волка и горизонт за ним, внушала первобытный ужас перед силой стихии.