— А с меня будет прок! — клятвенно пообещала девочка. Я буквально почувствовал, как от неё разит тревогой и страхом поражения. В последние недели я стал тоньше ощущать такие вещи.
— О, так светлейшие Долгорукие взяли двух дам из вашей семьи, княгиня? — встрял внезапно оказавшийся рядом Адам. — Это радостно для меня. И как для партнёра вашей семьи. И как для партнёра сэров Долгоруких.
Княгиня тут же с головой окунулась в светскую болтовню, в жалобы на непутёвую сестру, которая, вот совпадение, как раз работает журналисткой на этом дурацком детском шоу…
Стоп. Что-что⁈
— Госпожа княгиня! — со всей присущей мне скромностью (очень нескромно) обратился к ней я. Прямо посреди какого-то рассказа Адама о своей бизнес-ерунде. — Ваша сестьёнка работает в нашем шоу?
— Ох, какой у вас интересующийся сын, господа Осинские! Да, малыш. Настя занимается подбором выдающихся материалов, их комментированием в записи… кстати, твоё обещание всех нас завоевать зрителям тоже показала она.
Да! Ес! Бинго! Вот она, стоит передо мной — одна из связующих ниточкой от меня к телевидению!
Осталось лишь продумать, как получше применить всю мощь несравненной коррупции и непревзойдённого кумовства!
Ой, то есть, продумать, как подружиться с прекрасной княгиней и её дочкой. Та-акая интересная девочка!
— Классно! — восхитился я. — Передавайте ей приветик!
Долгорукая рассмеялась и пообещала непременно передать. Удивлённые моей инициативностью родители, впрочем, тоже выглядят довольными. Особенно мама.
— Что, сынок, с пелёнок рвёшься в высший свет? Это ты молодец, конечно, вижу, кровь дворянская играет. Но смотри, не окажись там раньше времени!
— Да ладно тебе, Сонька! У сына изгнанной княжны и опального простолюдина шансов попасть куда-то там «раньше времени» с гулькин хр… нос, м-да! Так что пусть старается. Походу, их тут нормально так научили болтать со всякими… светскими львицами.
Княгиня ушла уже далеко от нас, так что вряд ли слышала его слова. А если бы и слышала — думаю, сочла бы комплиментом. А Император тем временем закончил с жеванием очевиднейших правил и приступил к чему-то на самом деле неординарному.
— … Помимо этих общих правил Лабиринта, ребят ждут и нестандартные испытания! Всё, конечно же, будет подано в игровой форме привычных препятствий с наградами. Но малышам придётся применить и зачатки своих магических сил, и умение видеть ауры друг друга, и то, чему они научились на физподготовке! И даже задачки на знание букв сегодня в наличии!
Хех. Походу, нас ждёт и правда что-то грандиозное, может даже не на один час. Краем уха я услышал что-то о возможности покушать внутри Лабиринта, так что это похоже на правду.
Решили одним махом набросать нам кучу баллов, тщательно проверив всё, что можно? Что ж. Покажем им, как работает команда!
— Эй, ребята! — созвал я своих. Все были тут. Вычёсывающий Хвостика Сашка аж лучился от удовольствия. Этому шкету явно нравятся и толпы, и внимание окружающих. А ведь раньше стеснялся, боялся толпы.
Лиза тоже тут. Какая-то немного вялая и бледноватая… и аура отдаётся в ушах болью. Заболела?
— Лиза, чё с тобой? — подошёл я к ней. Саша с Риной тоже смотрели с любопытством — они-то ауру ещё и видят. Но спросить решился только я. — Заболела?
— Не. — мотнула головой девочка. — Проста в дедоме наказивали…
Сказала она это таким будничным и каким-то мёртвым голосом, что у меня сжались кулаки. Ну не должны дети в её годы ТАК о чём-то говорить!
Да ещё и о наказаниях!
— Лиза дорогая что стряслось⁈ — услышала её слова и Эмма, привлечённа моим вопросом. — Кто и за что тебя наказывал⁈ Адам послушай что с девочкой…
Лиза рассказала. Не тушуясь, не стесняясь. Так, словно рассказывает о том, как одевается по утрам, или там умывается перед сном.
Только о плетях, голодном пайке и тёмной комнате. А ещё об общении с призраком умершего от этих наказания мальчика. Но тут уже без каких-то подробностей. Да никто и спрашивать не стал.
К этому моменту вокруг девочки собрались уже все наши. Батя, мама, Адам с Эммой, Эльдана.
И вот на Эльдану стало просто жалко смотреть. Или страшно — такой смесью горечи и ненависти от неё повеяло. На глазах женщины проступили слёзы.
Да уж. Слышал я, что она на каникулах рассказывала Эмме с Адамом. Кто-кто, а она обо всяких «наказаниях» знает не понаслышке.
— Я… я убью эту старую суку. — ровным тихим голосом произнесла она. — Сегодня же, пока учёба в садике не началась. Как-нибудь особо жестоко.
— Ага. И оставите дочь сиротой! — процеил батя. — Эльдана, не дурите. С этим должна разбираться полиция!