Но, наблюдая со стороны, Настя без труда увидела — элеменьталя не уничтожили. От мальчика к нему протянулся сияющий канал, а затем снежную кошку просто втянуло…
Куда-то.
Неужели, это сделал мальчишка трёх лет⁈ Вот так просто — захотел и оживил снежную статую, захотел и телепортировал её незнамо куда⁈
Неужели, на наших глазах растёт юный гений, равных которым Империя не знала, пожалуй, целый век⁈
Со времён гибели автора Апокалипсиса…
— Это надо срочно пустить в эфир!
Игорь с неприязнью посмотрел на коллегу.
— У вас же… Кхм, у нас же, вроде, рейтинги, нет? Разве такая чернуха зайдёт скучающим мамашам, малолетним придуркам, и кто ещё там смотрит ваше… э-э, наше шоу⁈ Стоит ли?
Настя невольно вскипела. Ведь она и сама смотрит своё шоу даже в те дни, когда не работает над ним! А какой-то урод, переборщивший с автозагаром, смеет так унижать всех, ради кого она старается⁈
И с чего вдруг такой тип вышел работать в праздники⁈
Да, «прямой эфир» их шоу, конечно же, на самом деле не прямой. Как и любое «прямое вещание» по ТВ в реальности он проходит модерацию. Убирается… всякое неудобное.
И если закрывать глаза на жестокость малолетней Романовой Настя ещё скрепя сердце может, то не пустить в эфир ТАКОЕ — ну уж нет!
— Пускаем в эфир. Ваше мнение здесь никого не волнует, Игорь Игоревич. Пейте лучше свой кофе.
Сказала — и внутри аж бабочки запорхали от восторга собой! Пожалуй, впервые в жизни Настя ощутила себя своей сестрой — властной, волевой, решительной!
Воистину, любимая работа творит чудеса.
Не слушая уже возмущённый возглас Игоря, Настя защёлкала пультом управления. Отличный будет эфир!
Дима и Соня Осинские сидели у кроватки сына. Точнее, у больничной койки, но в детском саду она мало чем отличается от уютной домашней кроватки.
Первичный осмотр и купация негативных эфирных потоков завершена, так что врачи оставили их наедине с сыном.
Костик всё ещё лежит без сознания — врачи сказали, что это продлится ещё день-два. К маленьким ручкам тянется тонкая капельница, по которой льётся зачарованный раствор.
Всё-таки современная медицина давно уже научилась исцелять повреждённые каналы маны.
Любимый сын дышит ровно, лицо его наконец расслабилось. Похоже, теперь мальчик просто-напросто спит. На губах даже появилась лёгкая улыбка.
— Интересно, снятся ли детям сны в этом возрасте? — вздрогнув спросила Соня, просто чтобы начать разговор.
— Понятия не имею. — кивнул муж. — Мне, вроде, снились. А может это я потом выдумал.
— Да уж, у тебя всегда была бурная фантазия. — улыбнулась женщина, целуя мужа в щёку. Но всё-таки продолжила. — Наш малыш растёт… очень необычным.
Дмитрий молча кивнул. Соня тоже затихла, ожидая продолжения. Когда её мужу действительно надо подумать, он обычно замирает вот так на полминуты, прежде, чем выдать решение.
— Не то слово. — наконец проронил он. — Это ведь он разуплотнил реальность, отправляя тварь прочь из нашего мира. Я стоял близко к нему, я это чувствовал.
— Об этом лучше не говорить. — мотнула женщина рыжей головой. — Да, это очевидно, но давай не будем окончательно подтверждать, хорошо?
Муж понимающе кивнул. Когда их сын вдруг резко стал звездой этого бредового «шоу», они оба вместе решили: тут главное не переборщить.
Главное, чтоб их сын не зазнался… или, наоборот, не оказался раздавлен свалившимися на него ожиданиями.
Оба супруга искренне презирают тех родителей, которые делают из собственных детей фактически рабов для производства контента в сети. Одному такому папаше Дима как-то раз даже лицо разбил.
Стыдно, конечно — не удержался. Но не очень сильно стыдно.
— Согласен. Но слава — это одно дело. Другое же — он в три года, на одной стихийной магии, с Искажающим Источником, сумел провернуть то, что не каждый элементалист осилит!
— Ну уж не преувеличивай! — отмахнулась здесь жена. — Уж создать простейшего стихийного элементаля, имея такую хорошую заготовку и посреди родной стихии сумеет любой второкурсник вашей «Имперки»!
— Второкурсник, Соня! Второкурсник Элементального факультета! Или третьекурсник Факультета Жизни! А не трёхлетний пацан!
— А Саша у Эмки в годик из кота сделал фамильяра! Вот это, например, как понимать⁈
— Да!‥ Да хрен его знает, Соня, как это понимать. Адам отмалчивается. Но в ауре его сына как-то уж больно много явной Благодати. Нечеловечески много…
— Дорогой. Не уходи с темы. Наш сын — гений, это факт. Факт, первые намёки на который у нас были давным-давно. А ещё факт в том, что он может — и хочет! — колдовать во вред себе! Нам надо с этим что-то сделать.