— И что дальше? Мы на боевой тренировке, вообще-то. То, что он не сумел ответить словом на слово, должно исправляться на уроках риторики, а не в спецкабинетах.
— Ну-ну! — ехидно ухмыльнулся «Сергеич». — И что, ты готов отозвать свои претензии, парень? А как же… ну, не знаю, «дворянская честь», или что там у вас?
— Боги миловали меня, не сделав дворянином. — холодно ответил я. — И не связав идиотскими правилами. Так что мне как-то пофигу на дворянскую честь. А моя честь требует отозвать претезнии. Так что я отзываю.
Этот взрослый серьёзный дядька явно не был готов всерьёз воспринимать такие речи от восьмилетки. Чего уж там — любой адекватный взрослый не был бы готов.
Считать детей равными себе — удел либо сумасшедших… либо очень нехороших дядек, любящих уводить маленьких ребят во всякие тёмные места.
К счастью, этот «Сергеич», похоже, не относится ни к первым, ни ко вторым.
— Это уж пусть твои родители решат, малец. Сегодня вечером я, как ответственный за безопасность КМБ, свяжусь с ними.
Потом, обернувшись к застывшему столбом Ринату, добавил:
— А ты пока радуйся. Не поведу тебя никуда. Если родители этого шкета не отзовут претензии, приду за тобой завтра. Понял меня⁈
— Понял. — мрачно кивнул парень, явно не ожидая от моих родителей милости.
— Хорошо. Тогда продолжайте тренировку!
Тренировка завершилась как-то скомкано. Все занимались почти в полной тишине, а Ринат угрюмо уплёлся домой. Женя, конечно же, сразу его отстранила, а Рину взяла себе.
Никаких выдающихся приёмов я решил не светить — пусть остаются моими козырями для реальных дел. Так что просто показал Жене сначала телепортацию на пять метров — максимум, который мне сейчас доступен без особых усилий.
Потом — простейшее завихрение пространства — Женя сделала вид, что нападает на меня, а я свернул реальность так, что она развернулась на сто восемьдесят, запуталась в ногах и чуть не свалилась.
Даже это для моего возраста — очень и очень недурно. Эд, увидев это, прямо заявил:
— Этого, как натренируем, в основной младший состав! Не обсуждается!
Остальные наставники только закивали. Похоже, «обсуждать» никто и не планирует.
Рина в итоге тоже показала себя недурно — за годы, проведённые в особняке, её контроль той тёмной силы, которая в ней заложена, стал куда лучше.
Первым она показала то, что умела ещё в садике — мы назвали это «Провал». По воле Рины любое действие, на которое она укажет, не удавалось.
Идущий запинался и мог упасть, из рук бьющего выскальзывало оружие, телефон выдавал системную ошибку, а на играющего в карты нападала «частичная слепота» и он делал самые нелепые ходы.
Думаю, не нужно объяснять всю пользу такой способности в сражениях. Никому из наставников объяснений не потребовалось.
Ну а затем девочка продемонстрировала то, что освоила совсем недавно, уже к концу жизни в поместье, и после долгих лет сражений с тенями в Месте Силы.
Массовое Помешательство — так мы назвали эту силу. Банально и нелепо, но какая разница, когда ты можешь заставить всех в паре метров от себя забыть, кто они, что они и зачем они здесь?
Для демонстрации этого на девчёнку «напали» все четыре наших наставника, глаза Рины засияли алым, и все «атакующие» застыли на месте, ошалело озираясь.
Эд так вообще глядел на клинок в руке так, будто впервые его видит.
— Ох ты ж… — первым пришёл в себя Макс. — Всё было как в тумане! Меня как-то знакомый спиртом угощал, так вот ощущения…
— Макс!
— Э-э, да! То есть, моего знакомого другой знакомый угощал! Так вот, он рассказывал…
— Но защититься от этого пока нетрудно. — уверенно сказала Женя. — Рина, у тебя это много сил отнимает? Можем ещё раз попробовать?
Попробовали — хотя сил Рины пока хватает всего на пару таких заклинаний. И на этот раз оно вообще никак на Женю не подействовало.
— Да, Прозрачность Разума защищает. — кивнула собственным мыслям она. — Но для тех, кто не будет ожидать такой ментальной атаки, это может стать мгновенным поражением! Ты большая молодец, Рина! Тоже в основной состав пойдёшь, не сомневаюсь!
Хвалили в тот день и других, и другие себя показали неплохо. Похоже, наш набор вообще оказался весьма силён. Но меня это уже не особо занимало.
Куда больше меня занимал всё тот же Спецкабинет. Как бы выяснить, что он из себя представляет… не попадая в него.
Или попасть в него, не раскрывая свою душу.
Но вскоре эти вопросы отошли на второй план. Вечером я без труда уговорил родителей отозвать иск, а дальше потекла самая обычная школьная жизнь.