— Чушь! — процедил он. — Люди не равны! Если мы с… с этими вот будем играть как команда равных. Мы будем равны только в своей слабости! А так, за их сч… благодаря их усилиям, я становлюсь многократно сильнее! Я уже побеждал так даже студентов!
— Вот всю жизнь студентов побеждать и будешь! — презрительно хмыкнул я. — Выше тебе никогда не подняться, если не станешь сильнее сам.
— Ну да, ну да, давай, простолюдин, расскажи мне, что надо играть по правилам, много и упорно трудиться! — упёр руки в бога баронет. — Вы-то, наверняка, в эту школу ну исключительно честным трудом попали!
— Вообще-то да!!! — выпалила Рина, аж выскочив вперёд. — Мы старались! С самого детства! Да, мы одарённые, но вы же тоже! Никто тут из нас не родился с возможностями, которые есть у богатых!
— Вот и оставались бы там, где вам положено! — заржал самый неприятный из приспешников. Но на этот раз баронет так посмотрел на него, что тот язык проглотил.
— Мы всё равно не успеем к турниру. — как-то совсем не по-дворянски плюнул он на пол арены. — Если не через объединение… Тогда нам проще обратиться к культистам!
Лицо жеманной переменилось, став испуганным, а вот «конь» хищно оскалился, одобрительно кивая. Рина с тревогой посмотрела на меня.
— Ты же понимаешь, что за такие речи тебя и казнить могут? — спросил вдруг Сашка своим елейным голосом.
— По… Понимаю. Я пошутил вообще-то! Шутка!
— Вот и не шути так больше. — невинно захлопал глазками наш манипулятор. А затем в его голосе появилось что-то… такое. Новая сила. — А лучше бы тебе проникнуться таким отвращением к демонам и всему, что с ними связано, что ты будешь готов в морду дать любому, кто тебе подобное предложит!
Честно говоря, в этот момент я слегка нарушил свой же совет. Быстро сотворил Энергоканал и влил в Сашку неслабую порцию маны. Это значительно усилит эффект его силы.
Повисло молчание. Баронет медленно кивнул. А потом махнул рукой.
— Пошли отсюда! — развернулся он, приказывая своим. — Нам ещё надо придумать, как защитить наше Усиление от всяких малолеток! Чтобы его нельзя было так легко взломать!
— Что, даже совета не попросишь? — улыбнулся я.
— Сами научимся. И уделаем вас через пять лет!
— Командир, ты чего⁈ — зашипел «конь». — Не, это мы ща шутили и всё такое, но… может нахер это усиление? Есть же вариантики…
Видимо, зная, на что тот намекает, баронет просто подошёл к нему… И отвесил смачную такую оплеуху. Возвышаясь над севшим от неожиданности парнем, он грозно процедил:
— Чтобы я никогда больше об этом не слышал! И вообще… Андрей, свали-ка ты из нашей команды. Мелкие вчетвером справляются, справимся и мы!
— Но…
— Я всё сказал. А вы, мелочь, бывайте. Спасибо за урок. И… Рина, тебя ведь так зовут? Прости меня и вот этого клоуна. И ты, прости…
— Константин.
— Да. Мне и правда ещё рановато терять представления о дворянской чести.
А затем баронет встал на одно колено и склонил голову.
Надо же, даже «петуха» ни разу не пустил! Как облагораживает человека признание своей неправоты… ну и животворящие люли, конечно! Правда, верится в это всё с трудом… Думаю, уже через пару дней он отойдёт и вернётся к старому.
…Я ошибся. Через пару дней эти теперь уже четверо снова пришли к нам на арену.
— Слышал, сегодня вы арендуете! — помахал нам баронет. — Не против, если мы присоединимся к тренировкам?
Глава 2
Устранение препятствий
А пока ребята проводили лето за тренировками, кое-кто ещё задумал, наконец, окончательно решить свою проблему. Жирную и омерзительную проблему, совсем потерявшую берега!
Настя Долгорукая… пока ещё Долгорукая, сидела и нервничала. Не помогал даже успокаивающий чай, налитый ей Имреданом.
А уж чай у них отменный… ничего такого, просто хороший настоящий чай.
— Нравится мне у вас бывать. — слегка нервно усмехнулась Настя, решив поболтать, чтобы немного отвлечься. — Не в общем зале, конечно, там кромешный ужас. А здесь…
Она оглядела уютный полуподвал, обшитый досками. С её первого посещения это место изменилось… не без её прямого участия. Одну из стен очистили от досок, теперь там ровный красный кирпич в стиле лофт, забранный стальным каркасом.
Над стойкой, за спиной вечно что-то протирающего Имредана, настенные горшки с растениями — внешне грубые, но на деле дизайнерское изделие.
Такое сейчас — самый писк моды. Вся эта нарочитая грубость форм, некоторая аляповатость, иллюзорная примитивность.
Вот и былые табуреты Имредан заменил на грубые, покрытые корой, пни. Со спинками — разумеется, со спинками. Простота не должна мешать удобству посетителей. Кстати, довольно редких.