Карательница потратила всего несколько секунд на колебания.
— Валерий будет на связи.
— Конечно, — я шагнул в многомерность.
Минут через пятнадцать я переместился на каменные плиты извилистой улочки, несущей себя под уклон. С двух сторон возвышались старинные деревянные домики, такие же заборы с воротами, укрытыми черепичными навесами. Всё, что я знал об этом месте, было выдернуто из воспоминаний Доплера. Несколько кварталов, принадлежащих гейшам, их хозяевам, владельцам игорных заведений и отелей любви. Всё это зажато между храмом Ясака и рекой Камо. Гион, подобно паразиту, присосался к проспекту Сидзё с его чайными домами, элитными ресторанами и сувенирными лавками.
Я стоял посреди улицы Ханамикодзи.
Тусклое фонарное освещение, отвесные струи дождя, никаких прохожих. Да и откуда им взяться в три часа ночи? Никому бы и в голову не пришло искать Доплера в туристических кварталах, где ошиваются ценители старины, любовных утех и других полуночных развлечений. Раньше часть домов этого района принадлежала богатым купцам, но сейчас тут заправляют якудза.
Передо мной был тот самый дом.
С синей дверью.
Подсветка очерчивала деревянное полотно, над козырьком горели два неоновых красных иероглифа. Я почти не удивился тому, что дверь открылась и в полумрак Ханамикодзи шагнули двое. Теодор Доплер, с которым я уже встречался в Турове, и костлявая женщина в сером костюме. Ткань отливала серебром, тёмные волосы были зачёсаны на затылок, едва ли не приклеены к голове. Так мне показалось.
Наши глаза встретились.
Женщина молниеносно оценила положение вещей и начала действовать. Задвинула Доплера за спину, ускорилась и ринулась ко мне, сокращая дистанцию.
Мета.
Но очень быстрая и сильная, явно под допингом.
А в этой реальности существует лишь один допинг, способный многократно усилить возможности одарённого — кремчуг.
Впрочем, все эти выводы я сделал позже.
Когда мета расплылась мутным пятном и выбросила руку с кривым изогнутым лезвием, метя в мою сонную артерию, я уже был окутан доспехом. Мышцы напитаны силой, кости и сухожилия укреплены. И всё равно я чуть не пропустил момент, когда женщина в костюме полоснула ножом по моей шее.
Чуть, но не пропустил.
И успел уклониться.
Как говорится, на доспех надейся, а сам не плошай. Один из моих Железных Принципов гласит: никогда не расслабляйся. Иначе расслабишься на том свете. Но уже окончательно.
Лезвие просвистело в миллиметре от моей кожи, обтянутой доспехом.
Клинок, неотличимый от лунного серпа в своём молочно-белом сиянии.
Я автоматически попытался зарядить женщине ледяными шипами в рёбра, но размытое пятно сместилось под невероятным углом.
Прижимаюсь к земле, пропуская клинок над головой.
Кидаю больше эфира на усиление, а под ноги убийце швыряю мясорубку. Отступив на пару шагов, выдвигаю воздушный щит. Теперь, когда я максимально ускорился, враг перестаёт быть пятном и превращается в очень быстрого, но всё же человека.
И этот человек проходит по краю мясорубки, словно по лезвию бритвы.
Огибает меня справа.
Зря.
Потому что теперь я могу атаковать стихиями, не боясь зацепить Доплера. Который осторожно, неторопливо смещается в сторону…
Ах, вот оно что.
В десяти метрах от нас, в тени каменного забора, припаркован обтекаемый приземистый автомобиль. Не «Слеза», но очень похоже. Хитрец думает слинять, пока мы заняты схваткой.
Обстановку я оценил за долю секунды.
Просто отметил краем глаза.
И тут же продвинул щит, сметая резвую девку уплотнившейся воздушной массой. Возможно, переборщил. Потому что прилизанная врезалась спиной в каменную кладку у самой двери. Ударилась головой и начала сползать на плиты, одновременно замедляясь.
С другой стороны, а на фиг она мне вообще нужна?
Я тут же ударил электричеством.
Костлявое тело выгнулось, содрогнулось в предсмертной конвульсии и затихло.
Повернувшись к Доплеру, я увидел, что тот, уже не стесняясь, припустил к машине. И сейчас возится с ключами, пытаясь открыть дверцу.
Мужик сильно удивился, когда я исчез в одном месте и появился в другом.
Прямо у него за спиной.
— Кхм… Далеко собрался?
Ключи выпали из дрожащих пальцев финансиста.
— Открой и сядь в машину, — приказал я. — В пассажирское кресло.
Доплер подчинился.
Тачка оказалась двухместной и очень компактной, хорошо приспособленной для уличных заторов, тесных улочек и неудобных парковок. Вместо колёс я заметил серые полусферы. Похоже, эта штука ездит на роликах и разворачивается в любом направлении.