А потом мне всё стало ясно.
У властителя имелась собственная резиденция, монументальный дворцовый комплекс, в котором он и засел, окружив себя нехилым войском. Подступы ко дворцу охранялись отрядами мехов, тяжёлая пехота тоже имелась в наличии, в небе парил целый флот дирижаблей. Подступы к владениям Верховного заполонили големы. Красавчик.
Город был поделён на зоны влияния.
Кое-где вспыхивали дуэли между стихийниками. Кинетики перегораживали проезды баррикадами. Прыгуны в рясах появлялись в самых неожиданных местах, чтобы расстрелять кого-нибудь из пистолетов-пулемётов и свалить в закат. Окраины Кауачи были забиты машинами — люди стремились побыстрее убраться из ловушки.
Прямо на моих глазах в щит врезалась ракета.
Чудовищный взрыв сотряс пространство.
Да, весёлые начинаются деньки…
Глава 16
Дверь сотрясалась под мощными ударами.
Я выбрался из-под одеяла, глянул на часы и сразу всё понял. Прошло порядка одиннадцати часов с момента моего прибытия в Супрему. За это время я успел изучить обстановку Кауачи, сменить рясу с нашивками, подать заявку на новый жетон и артефакты, поесть и… немного поспать.
Немного — ключевое слово.
Дальний транс отнял порядка двух часов, зато я получил максимально полную картину происходящего. Не имеющий огнестрельного оружия властитель империи Наска окопался в своей резиденции, окружив себя толпой мехов и сильнейшими одарёнными страны. Часть мехов выделил протоинквизитору по запросу Супремы. При этом никто и не думал охранять подступы к столице, а также важнейшие транспортные узлы. Как никто и не думал штурмовать десантные дирижабли отступников, периодически высаживающие подкрепления на плато. А всё потому, что вражеская боевая техника имела на борту мощную артиллерию и могла сбивать всё, что к ней приближается на расстояние пушечного выстрела. Левитаторов, вооружённых ручными гранатомётами, расстреливали с помощью крупнокалиберных пулемётов. Так что вся надежда сейчас была на инквизиторские цеппелины, но их было не так уж много.
Все эти годы и десятилетия Супрема не заморачивалась созданием полноценной регулярной армии. Власть инквизиторов держалась на страхе. А ещё — на технологическом преимуществе, ведь компьютеры и огнестрел использовались людьми в рясах задолго до того, как это стало мейнстримом.
Ракетные удары продолжались.
Льока не подавал никаких вестей.
— Ты что, уснул там? — раздался недовольный голос Бронислава.
Застегнув штаны и натянув мятую футболку, я открыл дверь.
— Не поверишь, но да.
В проёме красовались мой наставник в полной амуниции, с артефактными накладками, кобурой, подсумками и прочей снарягой, а также радостный Вжух в образе панды.
Компашка — закачаешься.
— Это наша комната? — котоморф впёрся первым, критически осмотрел жилище и плюхнулся на заправленную койку. — Тесновато. Но где наша не пропадала.
За спиной у панды обнаружился крохотный рюкзачок.
— У тебя что… личные вещи появились? — я взирал на это чудо, пока Бронислав со скрипом устраивался на деревянном стуле с высокой спинкой.
— А что, у честного кота не может быть личных вещей? — возмутился Вжух, расстёгивая рюкзак и выкладывая на тумбочку его содержимое. Книгу, несколько толстых тетрадей, блокнот в кожаном переплёте и пенал с ручками. — Я, между прочим, не должен отрываться от научных изысканий.
Я повернулся к Брониславу.
— И давно это с ним?
Каратель пожал плечами:
— Рюкзак ему выдали в Пражской консистории. Книгу он добыл там же, в библиотеке. А блокноты с ручками отжал у кого-то из семинаристов.
— Хм, — я оценил размах происходящего. — А лоток тебе больше не нужен?
— Цивилизованные коты умеют пользоваться туалетом, — глубокомысленно изрёк питомец. — А ты, между прочим, кровать не заправил и вещи повсюду разбросал.
Пришлось вернуть на место упавшую челюсть.
Бронислав сидел с абсолютно невозмутимым видом, но в уголках его губ формировалась улыбка.
— Ну, здравствуй, новый Вжух, — сказал я.