— Лена, я сейчас выгляжу на тридцать лет, так что это немудрено. Но через годик, надеюсь, вся солидность сойдёт на нет. Кстати, не думай, что раз я тебя простил, то не буду мстить.
— Ты мне будешь мстить? — с лёгким страхом спросила девушка, отступая на шаг назад. — Как?
— Очень жестоко и сурово! Я не раскрою тебе секрет вечной молодости, благодаря которому исцелился.
— Это… — начала Лена, но замолкла, не в силах подобрать слова. — Это невероятно жестоко. Андрей… Господи… Это же просто жуть! Я не знала, что ты настолько жестокий человек. Ты что, будешь спокойно наблюдать, как я буду стариться, при этом оставаясь вечно молодым?
— Какая интересная мысль. — Я усмехнулся. — Я, может быть, и жестокий, но не настолько же, чтобы постоянно видеть рядом с собой старуху. Нет, всё гораздо прозаичней. Просто я буду сам делать нужный эликсир, который буду выдавать тебе. Сама ты до рецепта изготовления философского камня никогда не додумаешься. Следовательно, предательство с твоей стороны закончится тем, что мы расстанемся, и ты начнёшь стареть…
Девушка мне ничего не ответила, но на её лице, словно аршинными буквами было написано: «Вот я дура! А ведь могла узнать рецепт философского камня, исцеляя тебя». А ещё было видно, что она прекрасно поняла, что я не шучу.
Не знаю, кто бы на моём месте сумел бы оставить человека почти безнаказанным после подобного инцидента. Конечно, с моей точки зрения — это воистину жестокое наказание для девушки, которая не знает иных способов омоложения и бессмертия. С другой стороны — это же для волшебницы будет являться огромным стимулом к изучению волшебства, например, метаморфмагии, которой я обучу ученицу в полной мере, коли она того захочет и попросит. Возможно… Наверное… Может быть…
— Лена, я простил тебя исключительно потому, что влюблён в тебя. Любой другой человек на твоём месте попросту был бы послан матом, а то и проклят или как-то иначе отмщён.
— Я тоже люблю тебя, Андрей, — радостно ответила девушка.
После разговора, который завершился примирением, мы устроили тест драйв кровати, из-за чего вскоре девушке пришлось вновь одеваться.
— Андрей, ты простишь меня? — спросила девушка после секса.
— Лена, я простил тебя. Люди такие, какие они есть, у каждого имеются свои недостатки. Я расскажу тебе историю. Давным-давно у меня был друг. Он был хорошим человеком, но однажды, примерно в твоём возрасте на нас напали грабители. Я был уверен в друге, как в самом себе, поэтому надеялся, что он прикроет мне спину. Я стал заговаривать бандитам зубы и уже хотел кинуться бить им лица. Но когда обернулся, обнаружил, что друг испугался и удирает. Поэтому вместо драки я оттолкнул бандита и тоже побежал. Мы оба вышли из той ситуации живыми и здоровыми, но осадок остался. С тем человеком мы продолжили дружить, просто после этого я осознал, что этому другу я не во всём доверяю. Например, я бы больше никогда не доверил ему свою жизнь. Вот выпить пива, помочь друг другу в бытовых мелочах — это не проблема.
— То есть, ты не будешь мне доверять? — спросила Лена. — Никогда-никогда?
— Говоря откровенно, стопроцентного доверия между нами теперь не будет никогда. Я не могу полностью положиться на человека, который оставил меня практически умирать, как бы он после этого ни раскаивался и какие бы мотивы им ни двигали. Я готов тебе доверять, но лишь в ограниченных рамках. Конечно, с одной стороны — это не очень хорошо. Но с другой стороны, как показывает опыт, хорошим отношениям подобное лёгкое недоверие не вредит. Тебе никогда не стать женой декабриста, которая пойдёт с ним на край света, но и я не собираюсь от тебя подобного требовать. Если мне надо будет пойти в ад, я найду себе другого спутника.
— Я больше так никогда не поступлю, — сквозь плач произнесла Лена. — Андрей, поверь, я сильно раскаиваюсь. Если бы было возможно путешествовать во времени, я бы обязательно вернулась в тот момент и поступила иначе. Я готова пойти с тобой куда угодно, хоть в ад. Поверь, я пойду на всё, но больше никогда не поступлю плохо.
— Красивые слова. К сожалению, мысли и слова ничто, главное — это поступки человека. Можно думать о том, что растерзал бы человека, порвал бы его на клочки, но при этом подавить эти подлые мыслишки и совершить благой поступок. А можно думать о возвышенном, о мире во всём мире и всеобщей любви, при этом с мыслями о всеобщем благе уничтожить миллионы людей. Первого человека я буду считать хорошим, а второго монстром. Возможно, со временем я изменю своё мнение, но это не происходит просто так. Для этого должно пройти много времени.