— Кошмар, — произнесла девушка. — И ты что, зная это, будешь проводить этот ритуал на себе?
— У тебя есть иные варианты? Я с удовольствием выслушаю альтернативные предложения.
— Других вариантов нет, — ответила девушка. — К сожалению…
Перебравшись в коттедж, мы приступили к подготовке магической печати. Я сделал подробный чертёж на бумаге, а Лена воплощала его в виде бороздок на бетоне при помощи трансфигурации. Она занималась этим до тех пор, пока не заканчивались магические силы, оттого нанесение печати заняло три дня. С одной стороны — это немного, к тому же печать вышла замечательная, с ровными и аккуратными бороздками, так что нарушить её целостность будет проблематично, подобное можно сделать лишь намеренно.
— Закончила, — в обед третьего дня произнесла Лена. Вид у девушки был усталый.
— Вижу.
Я находился рядом с девушкой и контролировал процесс создания печати, изредка указывая на ошибки, которые девушка иногда допускала. Так что фраза Лены скорее была риторической.
— Андрей, а зачем надо было делать канавки? — спросила ученица. — В прошлые разы мы ведь чертили печати мелом.
— В прошлый раз ритуалы были не настолько мощными. Нам придётся многое компенсировать, в частности слабую магическую силу у тебя, а также отсутствие накопителя маны, который в настоящий момент задействован в качестве основной детали ружья.
— Я так полагаю, будет использоваться что-то наподобие зелья, которым мы пропитывали ткани для изготовления рюкзаков с расширением? — спросила Лена.
— Абсолютно верно. Завтра ты начнёшь варить зелья, которые будешь по максимуму напитывать маной. Зелья имеют максимальный коэффициент полезного действия и долго хранят в себе заряд маны. Для повышения маноёмкости придётся добавить в зелье толчёного философского камня, у меня есть с собой один бракованный, который на это дело не жалко пустить. Чтобы зелье не испарялось, надо будет превратить его в гель.
— Превратить в гель? — удивлённо произнесла Лена. — Это как?
— В конце варки достаточно добавить крахмала до получения густого киселя.
— А-а-а… — с облегчением протянула девушка. — Я уж было подумала о сложном заклинании. И что, моей магической силы будет достаточно для зарядки зелий?
— Лена, не льсти себе. Вот когда сравняешься по мощи хотя бы с магистром, тогда подобное возможно. Сейчас же мы пойдём обходным путём. Зальём зелье-кисель в канавки, после чего будем совершать жертвоприношения на алтаре, чтобы от них заряжать зелье в канавках.
Киваю в сторону исписанного рунами камня, который по-прежнему стоял у стены ангара.
Поскольку для запитывания ритуала, в отличие от подпитки философского камня, не важно, чтобы прана была очищена и преобразована под человеческую, то достаточно будет зарезать всего три десятка барашков для подпитки магической печати.
— Но это при условии, что летающую тарелку обнаружат прямо сейчас. Есть альтернативный вариант, — продолжил рассказывать я. — Ты будешь ежедневно заряжать магическую печать, сливая в неё весь резерв. Предположительно за два месяца ты зарядишь печать. Чем лучше ты зарядишь ритуал к моменту его использования, тем меньше животных пострадает.
— Может быть для этого лучше использовать накопитель маны? — спросила Лена.
— Лучше, без сомнений. Но, во-первых, я не предусмотрел в этой печати рун для вытягивания маны из накопителя, значит, тебе пришлось бы перенаправлять силу накопителя через себя, что насколько я помню, тебе когда-то очень не понравилось.
— Да уж, — произнесла Лена. — Лежать, будучи полностью обессиленной, было отвратительно.
Я усмехнулся и посмотрел на Лену снисходительным взглядом, увидев который, девушка смутилась. Видимо она сейчас окончательно осознала, каково было мне после ритуала обретения анимагической формы. А ведь я за ней в то время, когда она испытывала слабость, ухаживал, как за родной, а не бросил. Есть с чем сравнить.
— Во-вторых, накопитель у меня один, а в настоящий момент он больше необходим для оружия, — продолжил я повествовать. — В-третьих, мне проще пустить под нож скотину, чем в очередной раз чертить кучу магических печатей и создавать новый накопитель.
— Андрей, тебе разве не жалко овечек? — спросила Лена.