В первый же день общения с наставником Эва поняла: она ничего не знает о даре. И первая же попытка вытащить в привычную реальность энергию пятого измерения вызвала в ней ужас, граничащий с восторгом. После чего господин Мартеа заявил: пока Эва не начнет себя контролировать, дальше они не продвинутся. Им подготовили пустую комнату для занятий.
Контролировать — считать вдохи-выдохи, сердечный ритм, чувствовать, как рождаются мелкие электрические импульсы, в любой момент готовые породить нервные токи — Эва училась и сейчас. Ежедневно. Ежечасно. Посвящала этому каждую свободную минуту.
Потому что вывести ее из состояния равновесия мог любой человек за считанные секунды. Особенно в последнее время. Она уже не сомневалась, что беременна. Так некстати… Но иначе вряд ли могло случиться. Это открытие ее скорее испугало, чем обрадовало. Война, точнее пока — осада, неопределенность. На нее все надеются, и время бежит так быстро, а она успевает так мало. Эва положила руки ладонями вверх на колени. Вдох.
Громко хлопнула входная дверь. Послышался разговор, за ним последовала какая-то возня, топот ног.
Она решила, что кто бы там ни был…
Раздался стук, теперь уже в дверь ее комнаты.
— Войдите, — выдохнула она, поднимаясь с пола.
В дверь заглянул человек из ее личной охраны.
— Прошу прощения, госпожа Эва, плохо госпоже Маргарет.
Она вылетела в гостиную. Там толпились патрульные. Мэг лежала на диване, над ней хлопотал господин Норди, Мина стояла чуть поодаль, бледная, как мел. Ее рот был приоткрыт, рукой она делала едва заметные жесты. Как будто хотела о чем-то рассказать.
Ирвин взглянул на Эву и отрывисто бросил:
— Обморок, с ней ничего серьезного.
— Ее соли в потайном… — Эва не закончила, сама подбежала к дивану и достала флакон, поводила у Мэг перед носом.
Девушка чихнула, потянула руку к лицу.
— На господина Брайса… старшего, — тут же продолжил Норди. — Совершено покушение. В него стреляли.
Эва растерялась. Забрала от носа Мэг флакон, сжала в ладони.
— Он жив?
Глава патрульного корпуса отрицательно покачал головой.
Мина попятилась.
— А убийца?
— Да, женщину схватили. Сейчас допрашивают.
— Мор знает?
— Уже знаю, — прозвучало с порога.
Он стоял в дверях. По поджатым губам Эва поняла: держится из последних сил. Рыданиями разразилась Мэг. Эва поставила флакон на журнальный столик.
Оттеснив патрульного, к Ирвину Норди подошла Мина и показала ему запись в блокноте. Она общалась так с тех пор, как освоила протезы. Эва вдруг, сама того не ожидая, почувствовала охватившее девушку чувство вины. И ужаса. Если бы она раньше рассказала… О, почему она молчала? Ничему не научилась? Брайсы были к ней добры…
Эва подошла и взглянула на написанное Миной.
«В Стене мятежники. Это они. Я тоже виновата.»
— В чем? — почти хором с господином Норди произнесла Эва.
Карандаш зашуршал по листу.
«Мои старые подруги водили меня на собрание в прошлый вторник. Там обсуждали планы поимки мистри, убийства мэров и капитуляции Стены. Я напишу имена тех, кого знаю. Простите, я не решалась сказать.»
Мина склонила голову. На щеках ее блестели слезы.
Мор уже стоял рядом. И тоже видел написанное. Прочитав, он плюнул девушке под ноги.
— Неблагодарная тварь…
Мина опустилась перед ним на колени. Она хотела умереть на месте. Жалкая трусиха. Расскажи она сразу…
— Уберите ее из нашего дома, — он отвернулся. — Где тело отца?
— В лазарете, ему пытались помочь. Не смогли.
Эва присела на краешек дивана рядом с Мэг, обняла ее и прижала к себе.
— Отведите Вильгельмину Ямгу в дознавательный отдел, — скомандовал патрульным господин Норди. — Получите ее показания, и передайте… впрочем, просто отведите. Я позвоню туда сам. Господин Мортимер, могу я воспользоваться аппаратом?
— Следуйте за мной, — Мор проводил Норди в отцовский кабинет.
Патрульные подхватили под локти и подняли с пола Мину. Она повисла, словно сломанная кукла, и едва передвигала ногами. Дверь за ними захлопнулась, и стихшие было рыдания Мэг возобновились.
— Девочки, Милли, Молли, о-о-о, как мы им скажем?
— Как есть, — одними губами прошептала Эва.
Из-за приоткрытой кабинета донесся голос Мора:
— И вы тоже виноваты! Вы так кичитесь заботой о безопасности государства, а мятежников…