Когда в тот злопамятный день Его Сиятельство нанёс свой губительный для меня удар, я жаждал мщения. Всё внутри всколыхнуло, пылало и лихорадило. Такое унижение над своей гордой личностью я стерпеть не мог. Но останавливала меня хворь, зрение ухудшалось с каждым днём.
Придя немного в себя, решил пойти на ипподром и посмотреть на работу Гаврилы, полюбоваться лошадиной красотой и силой. Очень жаждал я провала в скачках графских жеребцов. Но мой профессионализм кричал во мне об обратном.
При входе в стадион я заметил чисто одетого, не запоминающейся внешности молодого парня. Он ловко лавировал между толпой господ, ожидавших друзей и куривших трубки и сигары. Щипач, а это был он, незаметно проникал в карманы брюк и пиджаков аристократов, используя только ловкость рук. Быстро, шустрец, вытаскивал бумажники и карманные часы и прятал в загашник своих бездонных одежд. Щипач зорко поглядывал по сторонам, проверял, нет ли поблизости филёров. Ох, до чего уверенно, ловко, с азартом работал этот малый. Понравился мне этот парень, хорошо работал, мастер своего дела!
В какой-то момент наши взоры с парнем встретились, и я ухмыльнулся визави. От обмена взглядами с щипачом меня отвлек Молодцов.
Граф подошёл ко мне со спутницами и нервничающим Гаврилой. Предатель, углядев меня, поначалу испугался, пытался спрятаться за барином. Глазки у паршивца забегали, а после освоился, зазубоскалил.
Его Сиятельство был пьян, наговорил вашему отцу кучу гадостей, обозвал калекой и вымазал меня грязью, бахвалился перед спутницами.
Я не мог вызвать мерзавца на дуэль, но необходимо было расплатиться с бывшим хозяином. План возмездия быстро созрел в моей голове - ваш отец пригласил графа помериться силами в картах на солидный куш. Молодцов попался в мой расставленный капкан. С удовольствием граф согласился лишний раз показать, что я неудачник и пропащий человек.
В случае моего проигрыша граф Молодцов забирал мою мастерскую, и мне пришлось бы становится личным рабом и шутом без права голоса. А если удача улыбнется мне, то Его Сиятельство с барского плеча подарил бы своему бывшему холопу призового скакуна.
Гаврила морщился от слов графа, знакомые дворянина восторженно восклицали и обмахивались веерами.
Беседуя, мы прошли на трибуны. Лошади всех мастей бежали по беговым дорожкам, подгоняемые жокеями. На зрительных местах было шумно, публика с азартом кричала на соревнующих животных.
Я согласился на условия, назначил день и время. Обрадованный барин удалился со своими гостями сделать ставку в тотализаторе. Гаврила прошел мимо, больно задев меня плечом и сплюнув на сапоги. Руки, щенок, держал в карманах.
Наблюдать за лошадьми после встречи с бывшим господином сил не осталось. На выходе из здания ипподрома я высмотрел знакомого щипача. Прохиндей помогал грузной даме в летах садиться в лаковую пролетку.
Потупив свои шаловливые глазки, парень поддерживал за локоток особу дворянской крови. Подобрав двумя руками юбку, толстуха тяжело усаживалась в коляску. Пальцы карманника тем временем ловкими движениями открыли дамскую сумочку барыни, висевшей на локотке. Рука шустро проникла в ридикюль и достала кошелечек, расшитый яркими каменьями. Раз, и добыча уже в кармане пиджака воришки. Ещё одно искусное движение пальцами, бриллиантовый браслет дворянки перекочевал щипачу.
Юнец расточал комплименты барыне, лил елей ей в уши. Толстуха смеялась, расположилась на бархатном сиденье и с удовольствием слушала парня. Довольная барыня ещё и рубль дала за услужение этому дарованию. Карманник смущённо принял деньги, закрыл дверь экипажа и поклонился. Пролетка удалилась, щипач обернулся и столкнулся со мной.
Я взял его под руку и тихо проговорил:
- Тихо, паря! Нужно поговорить.
Юнец заозирался, пытался улизнуть.
- Спокойно, дело на миллион! Где здесь можно поговорить?
Хлопец ухмыльнулся и кивнул головой. Через пять минут мы сидели в накуренном трактире. В заведении было шумно от разговоров посетителей и стука посуды. Но все занимались своими делами, и на нас никто не обращал внимания.
- Что надо, дядя? Ты кто такой будешь? - отламывая от хлеба кусок и принимаясь за похлёбку, спросил карманник.
- Я Архип. Видел тебя в деле у ипподрома. Ловкий ты, малец, - отхлебнув пиво, произнёс я.
- Ну ты даёшь, дядя! У меня кликуха Ловкий! А так я Никита Кузьмин.
Я вкратце обрисовал свой план: я заманиваю графа на Хитровку якобы на игру в карты. В тёмном переулке он нас подкарауливает и, угрожая ружьём, раздевает до нитки. Деньги, одежду берёт с собой.