Служащие пели и хлопали танцорам. По окончании пляски Авдотья бросилась на шею к Ивану и поцеловала его в губы.
Толпа радостно взревела, требуя продолжения.
- Срамница! Бесстыдница! Позор! - прорычал громкий мужской голос неизвестного человека.
Веселящийся народ разом повернулся к двери и увидел бледного Пахома Никитича, утирающего лоб платком, и молодого худого мужчину со страшным красным лицом. Незнакомец в гневе снимал перчатки и пытался достать пистолет, висевший на поясе. Рядом со свирепым господином стояли два огромных бородатых мужика с очень грозными выражениями лица. У одного из амбалов виднелся красный шрам у глаза.
- Убью! Паршивец! Курва! - кричал неизвестный человек.
В руке у чужака была дорогая трость из темного дерева. Рукоять костыля была вырезана в виде орла. Темные изумруды заменяли птице глаза. Незнакомец нервно постукивал ею по полу.
Работники задвигались, принимаясь за свои забытые дела. Приказчик юрко протиснулся мимо горланящего мужчины и укрылся в торговом зале.
Иван продолжал стоять посреди пекарни и непонимающе улыбался. Авдотья спряталась за Архиповым-старшим и что-то пыталась объяснить отцу. Ванятка с перепугу поскользнулся на грязном от яиц и муки полу и безуспешно пытался подняться. Мальчишка скользил, падал и громко каялся. В комнате было душно, грязно и шумно.
Пахом Никитич зычно рявкнул:
- А ну цыц! Всем молчать! Вы, Денис Борисович, успокойтесь! Сейчас разберемся!
Присутствующие замерли, опустив головы. Мужчина со страшным лицом вперился в Ивана с Авдотьей и зло щурил свои глаза.
- Ванятка, мигом марш в торговый зал! Там пришли из военной части за хлебом! Отсчитай 50 буханок и прими деньги! Живо! - громко скомандовал хозяин.
Кое-как вставший на ноги мальчишка протиснулся сквозь толпу и припустил в зал, оставляя за собой следы мучной смеси.
- А вы что встали и уши развесили? Особое приглашение требуется? А ну все за работу! Срочно вымойте пол! - прикрикнул Пахом Никитич на работников.
Люди разбежались в разные стороны, выполняя поручения хозяина.
- Авдотья, поднимайся наверх в свою комнату, приведи себя в порядок и накройте с Марфой обед. Мы с твоим женихом сейчас подойдем! - ласково произнес владелец пекарни.
- Без Ивана я никуда не пойду! Денис Борисович мне не жених. Согласия своего я не давала, он мне не люб, - строго сообщила девушка, надув губы, и притопнула ножкой.
- Ох и разбаловал я тебя, дочка. Много ты себе позволяешь, - тихо прошипел Пахом Никитич, подходя к Авдотье.
- Коли будешь перечить отцу, отправлю к тётке в монастырь. Глядишь, понравится тебе сидеть голодной в холодной келье с видом на болото, - ухватив девчонку за локоть, оттащил от Ивана и толкнул к выходу.
Авдотья зарыдала, потопала ногами и выбежала из пекарни. Жених проводил ее злым взглядом.
- Эй, парень, кто такой будешь? Как звать-то тебя? - зло поинтересовался Денис Борисович, подходя к Ивану.
Будущий жених Авдотьи достал из кармана сюртука черные четки с большим бриллиантом в виде подвески. Одной холеной рукой дворянин перебирал большие бусины драгоценности. Другая ладонь опиралась на трость.
- Господин Жалинский, оставьте парня. Вышло какое-то недопонимание. Молодые люди просто веселились, ничего предосудительного не делали, свидетели подтвердят, - заискивающе залепетал Пахом Никитич.
Хозяин пекарни махнул рукой Ивану, пытаясь выпроводить его из комнаты. Но Архипов стоял, сложив руки на груди, и спокойно смотрел на жениха Авдотьи.
- Я требую объяснений! По какому праву вы вьетесь возле моей невесты. Я не позволю над собой насмехаться! - сквозь зубы процедил господин Жалинский.
- Пахом Никитич, вы как отец должны понять меня. Я как будущий муж не дам спуску в этом щекотливом вопросе. Мне не по нраву, что возле моей невесты трутся жалкие личности. Авдотья целуется непонятно с кем, - кипел гневом Денис Борисович, смотря на Ивана.
- Мы же с вами договорились, что Авдотья выходит за меня замуж. Я получаю ее наследство и ходатайствую вам о звании почетного гражданина, об ордене «За особые заслуги», - продолжал господин Жалинский.
- Пахом Никитич, неужели вы продадите свою единственную кровиночку за железки и бумажки этому мерзавцу? Авдотья сказывала, что жених ей не мил. Больно страшен и зол, - не соображая, что творит, спокойно произнес Архипов-старший.
Владелец пекарни побледнел и схватился за сердце. Денис Борисович полез за оружием. Но пистолет застрял в складках одежды и не хотел вылезать, как бы барон его не дёргал.
- Беги! - тихо произнес Ивану хозяин заведения, наваливаясь на жениха дочери.