Находясь уже у соседнего дома напротив нового Фимкиного жилища, парни увидели тёмную карету с двумя лошадьми. Путники остановились, не желая показываться и лишний раз раскрываться перед людьми. Когда от долгого ожидания молодые люди стали подмерзать, то из подъезда вышел высокий мужчина с двумя спутниками. Господин что-то нервно высказывал и махал руками. Потом быстро уселся в экипаж и уехал. Спутники скрылись в подворотнях.
- Барон Жалинский, собственной персоной! Выследили, - сообщил Иван.
Его голос в тишине прозвучал пугающе. Ванятка тут же затрясся.
- Там же все наши! - с ужасом проговорил Ефим и кинулся к дому.
«Господи, спаси и сохрани!» - билась мысль в Фимкиной голове.
Братья бросились за ним. Ванятка запутался в длинной юбке, поскользнулся и упал животом вниз. Хорошо, что мешок с одеждой, привязанный к телу, смягчил падение и спас от ушибов. С горем пополам парень поднялся и помчался догонять друзей.
Дверь в апартаменты Якова Августовича была приоткрыта. Ефим осторожно вошёл внутрь, приложив палец к губам. Архиповы кивнули. Ванятка у входа увидел пустой железный подсвечник, взял его крепко в руки для защиты.
В помещениях было темно и тихо. Парни аккуратно ступали, следуя за Фимкой. В длинном тёмном коридоре бывший хитрованец неожиданно споткнулся и упал на что-то твёрдое. Братья врезались в него следом. Образовалась куча мала. Стараясь не шуметь, перешёптываясь, молодые люди помогли встать друг другу.
В кабинете хозяина тяжело и гулко пробили напольные часы.
Ночные скитальцы вздрогнули.Архипов-старший пошарил в своем тулупе и достал коробок спичек. Зажег одну и поднес к тому месту, где он с парнями только что барахтался. На полу лежал бездыханный человек. Возле тела образовалась тёмная лужа.
Иван нахмурился и расстегнул телогрейку. Ванятка ойкнул, побледнел и прижал руки к импровизированному животу.
- Это Прохор! Слуга старика! - в ужасе воскликнул Ефим.
- Маменька! Яков Августович! Феня! Афанасий! - пронзил тишину истошным криком Фимка.
Парень перескочил через мертвеца и бросился в зал. Возле окна в кресле сидела обмякшая фигура человека. Старший Архипов зажег еще одну спичку и посветил. Подрагивающее пламя осветило лицо матери Ефима. Во рту женщины был кляп, а руки связаны за спиной. Фрейлина находилась в обмороке.
– Маменька! Фрейлина! Не сберёг! - тряся женщину, пролепетал Фимка побелевшими губами.
Ванятка на столе рядом с креслом углядел канделябр на три свечи. Забрав спички у брата, быстро зажег светильник. Тусклый свет осветил половину комнаты.
Иван склонился перед бесчувственной дамой и ударил по щекам пару раз. Фрейлина замычала, задергалась, а потом открыла глаза.
Узнавание склонившихся обеспокоенных людей смягчило тревожные черты лица Фрейлины. Она заплакала и пыталась произнести что-то важное, но Екатерине Алексеевне мешал кляп. Иван вытащил грязную тряпицу, и женщина глубоко вздохнула.
- Яков Августович, Феня и Николай Александрович где-то в доме! Спасите! Может, они еще живы! Умоляю! - панически закричала мать Ефима!
Фимка и Иван, схватив по свече, бросились осматривать квартиру. Ванятка взял канделябр с одной свечой и обследовал зал. В углу у стены парень нашел стаканы и графин с водой, нож и еще пару свечей.
Младший Архипов налил стакан воды, от одинокой свечи зажег два найденных огарка, взял нож. Перерезал веревку на руках женщины, подал воды.
- Спасибо, милая! Как звать тебя? - дрожащим голосом поинтересовалась Фрейлина, держа питье трясущимися руками.
- Ванятка я, - ответил парень, насупившись.
Екатерина Алексеевна вгляделась в импровизированную бабу на сносях и заливисто рассмеялась.
- И вы туда же! Смеётесь! - проговорил Ванятка, оглядывая вторую часть комнаты.
- Ефим! Иван! Сюда! - закричал младший Архипов, ставя подсвечник на пол и опускаясь на колени.
У балконной двери на спине лежал старик в ночной сорочке и колпаке. Один тапок слетел с его голой ноги. На белой ткани в районе печени расползалась кровь. Старый человек еле дышал.
Топая ногами по лакированному деревянному полу, в зал вбежали Иван и Ефим. Следом, потирая руки со следами веревок на запястьях, ковыляла взлохмаченная Феоктиста. На милом лице девушки алел след от пощечины.
- Екатерина Алексеевна, живы! Как я за вас всех переживала! - воскликнула Феня, бросаясь в объятия Фрейлины.
- Бандиты связали меня с ног до головы, сунули кляп и оставили лежать на кровати животом вниз. Я уже начала задыхаться, но долгожданная помощь вовремя поспела, - вытирая набегавшие слезы, прошептала мастерица.