— И что мне там делать? К чем стремиться?
— Сегодня я тебе помогу. Я возьму вторую сцену с твоей книги о рыцаре Ворона и создам её в виде сна. Как только ты почувствуешь своё сознание, сразу же бери контроль над сновиденьем. Ты должна стать его участником и должна попытаться что-то в нём изменить. Сколько раз ты прочитала ту книгу?
— Мне было всего семнадцать, и я ещё толком не знала, что такое…
— Сколько раз? — настойчиво перебил меня Линд.
— Девять.
— Здорово. Значит сюжет ты помнишь на отлично.
Я не стала уточнять то, что каждую сцену отдельно перечитывала гораздо чаще. Девять раз это только всю книгу целиком. А сколько любимые сцены — не счесть.
— Насколько сильно поменять?
— Настолько, насколько тебе захочется. Ты должна сама почувствовать, чего желаешь, а затем воплотить это в действие. Кажется, героине там не удалось довести рыцаря? Попытайся это исправить. Гордыня тоже чувство, почему бы немного не погладить по его восхитительно шёрстке?
Потому что я не знаю как? А станешь ли ты это слушать, Линд?
Но ладно, всему стоит учится. Я здесь собираясь воздействовать какой-то внеземной силой на собственное сознание, но переживаю, что не смогу прельстить собственную гордыню. Глупости какие-то.
— В целом понятно. Когда начнём?
— Зачем тянуть? — Линд щёлкнул пальцами. Мир перед глазами исчез.
Адам Валентайн блуждал среди хмельных воспоминаний, когда пробудила дочь трактирщика.
— Эй, красавчик! — сказала она, щелкая пальцами у рыцаря перед лицом. — Ты, кажется, перебрал самую малость.
Адам протер руками лицо и быстро вспомнил, где он. Трактир «Одинокий очаг», день пути от столицы. Он сидел уперевшись локтями в барную стойку и, судя по всему, просидел так довольно долго. Девушка напротив него хоть и юная, но уже не ребенок. Коса каштановых волос перекинутая через плечо, прелестно обрамляла пышную грудь, спрятанную за белоснежной просторной рубахой.
— Простите, я просто жутко устал. Сейчас пойду к себе в комнату. Я заплатил вашему отцу, судя по всему.
— Да, папа говорил. Но ты мне не мешаешь, так что, если хочешь сиди.
Адам и в самом деле не был особенно пьян. Просто целый день пути на едине с самим собой, наедине со своими мыслями и воспоминаниями…с воспоминаниями о ней. Хотелось ненадолго забыться, хотя бы в хмельном дурмане.
— А ты рыцарь? — спросила девушка.
Адам нахмурился и видимо достаточно грозно чтобы испугать девушку.
— Ты не подумай, я просто угадываю. Ко мне с рождения на вы никто не обращался, а ты выглядишь крепким. Вот я подумала, что ты рыцарь, — девушка очень мило смутилась отчего тревога тут же исчезла.
— Был рыцарем, но меня предали. Сейчас я просто странник. Меня зовут Адам.
— Лия!
Адам наклонился через стойку чтобы взять за пальцы руку девушки. Он подвел её к губам и галантно чмокнул.
— Это честь для меня, Лия.
На время у неё даже пропал дар речи, а щеки покраснели пуще самой крови.
— Ты не такой, как другие рыцари.
— Все рыцари в молодости такие, как я. С возрастом они становятся спесивыми занудами, но это только с возрастом. Пока наших сердца звенит юность мы не лишены той романтики, которую воспевают барды в своих песнях.
— Обожаю песни о рыцарях! О героических сражениях, о невероятных приключениях, о сказочной любви! Хотела бы, и я когда-либо познать что-нибудь подобное, но вся моя жизнь связанна с этой дырой, — Лия провела пальцем по трактиру.
— На самом деле достойное заведение, поверь опытному страннику.
— Та я знаю, просто грустно осознавать, что это всё, что для меня уготовано судьбой. Я ведь и не хочу жить в песне, но я хочу прожить хоть один её куплет.
— Какой куплет тебе больше всего по вкусу? — после вопроса Адам взглянул в глаза Лии, так чтобы он поняла, что вопрос вовсе не случаен.
Румянец девушки со щеки перебрался на шею и грудь.
— Ты, наверное, всё-таки перепил, рыцарь.
— Может быть. Вопрос всё ещё в силе, — Адам и не думал отводить взгляда.
После недолго раздумья, девушка закусила губу, медленно кивнул и побежала к входным дверям чтобы запереть их. Затем она робко повернулась к Адаму, обнажив одно плечо.
Рыцарь встал с места и твердым шагом направился к смущенной девице.
— О, прекрасная Лия, — уверенно заговорил он, — я молю вас о возможности вкусить сладость ваших губ.
Девушка неуверенно кивнула.
Двумя руками Адам коснулся её лица, провел большими пальцами по щеками, ни на секунду не прерывая взгляд. Медленно он приблизился к её губам. Мягка коснулся их. Затем ещё раз.