Тем не менее в целом дом был сделан достаточно хорошо. Его переменчивая последующая судьба включила и трехгодичное пребывание на крыше склада и в общей сложности пятнадцатикратную сборку и демонтаж. Теперь он находится, возможно, на своем окончательном месте: в 1969 г. он был собран и поставлен в Дуайе на территории «Шарбоннаж де Франс», той компании, которая содействовала его разработке в 1953 г.
Однако одна характерная черта этого замысла не была до конца изучена (и в этом смысле во многом повинна черно-белая архитектурная печать), а именно его цвет. Это было поистине многоцветное решение, и если бы его рекламировали с этой стороны, нам сегодня, может быть, не нужно было ощупью искать пути разработки цветового потенциала полимерных материалов.
После 1955 г. для Шейна, Кулона и Маньяна начался период интенсивной творческой деятельности. Они упрочили свое положение лидеров в новой области архитектуры и продолжали заниматься проектированием разнообразных зданий и строительных элементов. К сожалению, по непонятной причине они не получили того одобрения и финансовой поддержки, которых заслуживали. Вероятно, компании, занимающиеся производством пластмасс во Франции, ожидали, что они завоюют строительный рынок благодаря одному или двум экспериментальным домам, но потеряли к ним всякий интерес, когда стало ясно, что один из самых консервативных рынков не склонен к быстрым переменам.
Это ли было причиной или что-то другое, но фактом остается то, что Кулоном, Шейном и Маньяном пренебрегли в их собственной стране, и они видели, как другие архитекторы в других странах извлекали выгоду из их работ и из тех возможностей, которые по праву должны были принадлежать им. Несмотря на это, их работа за 1956—1958 гг. была выдающейся и по сей день остается такой же свежей и новой, какой была в день своего создания.
Отличным образцом этой работы является мотель-кабина, задуманная в сентябре 1956 г., сделанная в октябре-ноябре и экспонированная в декабре. Таким темпам работы можно позавидовать. Интересно, каких бы высот достиг Шейн к настоящему времени, если ему была бы оказана необходимая поддержка.
Кабина — блестящий пример разработки жилой капсулы, предназначенной для десятичасового ночного и восьмичасового дневного пребывания в ней людей. Она оборудована двойными кроватями, которые в дневное время превращаются в кушетку и стол, а также компактной ванной комнатой с верхним освещением, санузлом, душем и раковиной. Как формование элементов из стеклопластика, так и выполнение форм двоякой кривизны превосходили по новаторству проект дома 1955 г. Легкий по весу блок предназначался для перевозки на грузовике и образования ансамбля из таких же блоков на месте.
В 1959 г. в декабрьском номере журнала «Техника и архитектура» было замечено: «Жаль, что этот прототип не был пущен в настоящее архитектурное производство».
На основе мотель-кабины были созданы блоки передвижной книжной выставки, ряд рельефных стеновых панелей, сформованных со всем оборудованием, оболочковые элементы конструкций, а также акриловое окно — все проекты были осуществлены в 1957—1958 гг.
Окно являет собой замечательный образец радикального мышления и изобретательного использования легкоформующихся материалов с целью полного исключения внутренней рамы. Одно из таких окон еще находится в эксплуатации в доме консьержки в Касс де Депо в Аркюэле под Парижем.
В 1956 г. на выставке «Идеальное жилище» в Лондоне был экспонирован дом из пластмасс Элисона и Питера Смитсона. Этот дом, хотя и был в значительной степени макетом в натуральную величину и вмещал множество предметов и приспособлений в стиле космического века, продемонстрировал первые образцы стульев седлообразной или лепестковой формы, сформованных из стеклопластика, а также плоских складных стульев «Пого» из прозрачного акрила. Конструкция не предназначалась для внедрения в промышленное производство, так как проект скорее являлся испытанием возможного образа жизни, чем испытанием средств для его достижения. Этот проект был также недооценен, хотя мог бы стать основой для дальнейших экспериментов по прогнозированию образа жизни.