Хотела бы я быть лучшей дочерью. Хотела бы я быть такой матерью Фиби, какой ты была со мной. Именно поэтому я и делаю это. Я должна уйти. Ей будет лучше с тобой. То, как я живу – это не лучший способ для ребёнка увидеть своего родителя. Слишком много страданий, а она заслуживает лучшего. Я никогда не была так спокойна с собой, как на озере, и я хочу этого и для неё тоже.
Так что, пожалуйста, научи её так, как учила меня. Будь рядом с ней такой, какой ты была и остаешься для меня. И когда она подрастёт, объясни ей, почему я должна была это сделать. Объясни ей, что, хотя вы были лучшими родителями, о которых могла попросить девочка, я ничего не хотела и была очень любима, я не была создана для этой жизни. Я знала об этом с тех пор, когда была совсем маленькой. У меня всегда было призвание сбежать. Это привело меня на опасный путь, по которому я шла. Пришло время тебе больше не беспокоиться обо мне. Сосредоточься на Фиби. Помни, я всегда тебя люблю, и, пожалуйста, позаботься о моей маленькой девочке.
С любовью,
Уинни.
Слёзы текли по лицу Фиби. Её грудь болела от икоты, которая у неё была после всхлипываний. Глаза были опухшими, и хотя она не могла их видеть, она знала, что они были красными, потому что она чувствовала слёзы, капающие с её глаз. Она прочитала письмо пять раз, прежде чем остановилась. Она вытерла лицо, не в состоянии полностью понять, что читала.
Она злилась на себя за забывчивость. Её мать оставила её до того, как она умерла. Она даже не догадывалась об этом. Последнее воспоминание о ней было о том, как они вместе сажали семена арбузов в секретном уголке небольшого участка деревьев посреди двора. Её бабушка говорила, что арбузные лозы убьют их перец, но мать утащила её, чтобы посадить их, зная, что они её любимые. Она провела месяцы, ухаживая за ними. Даже после смерти матери. Она вспомнила, как улыбнулась бабушка, когда впервые принесла на кухню свежий арбуз. Они вместе смеялись и плакали, вспоминая её мать.
Но теперь она всё поняла. Её мать выбрала наркотики. Была часть её, которая знала это, но письмо, которое она держала, невозможно было игнорировать. Она почувствовала дрожь и желала, чтобы это письмо нашлось в тот момент, когда Джаред был здесь. Она скучала по нему, хотела, чтобы он был рядом, не давал ей сил, а просто нарушал тишину. В комнате стало мрачно с тех пор, как она успокоилась. Как будто дом знал, что она нашла секрет.
Она положила письмо к остальным, обхватив себя руками, встала и вышла из дома. Она спустилась к причалу и села, свесив ноги через край. Она провела так много лет, чувствуя, что ей не место на озере, потому что её матери там не было. Что она слишком любила себя, чтобы оставаться на одном месте. Что они обе были больше, чем маленький городок Монтроуз, и теперь она знает всю правду. Мудрость её матери дала Фиби возможность узнать о своих сильных сторонах; даже в юном возрасте, в котором она была, когда проходила через это. Её мать знала, что Фиби хотела сделать что-то в своей жизни, и хотя она злилась и обижалась, она понимала, что как только это пройдёт, она увидит, что оставить её с бабушкой было лучшим решением. Теперь она знала, что её мать пристрастилась к наркотикам, не потому что была подавлена или безответственна, а потому что не чувствовала, что подходит этому месту. Ей нужно было сбежать, и Всевышний дал ей это. Она знала, что момент, о котором её мать говорила в письме, был тем, который она назвала самым впечатляющим в своей жизни, моментом, когда она впервые получила кайф. Это дало ей всё, чего она никогда не могла найти.
Фиби долго сидела на причале, вспоминая и думая о своей матери, прежде чем пришла к выводу, что Джаред был прав. Для того, чтобы стать невредимой, она понимала, кем должна стать, ей просто нужно было примирить части себя, которым она позволила рассеяться на протяжении многих лет. Письмо соединило две части воедино. Фиби отпустила ту часть себя, которая была дочерью Уинифреды, потому что никогда не хотела быть такой безответственной, как её мать. Она никогда не хотела навредить бабушке так, как это сделала мама. Но теперь она поняла и смогла увидеть, что маленькая девочка Уинифред помогла поднять что-то стоящее. Фиби нужна была эта часть себя.
Фиби оттолкнулась от причала, в тот момент когда большой ястреб, спустился с неба, скользнул по воде и схватил рыбу. Холодок пробежал по её спине. Она вздохнула и почувствовала, как к ней пришло спокойствие, которого она не чувствовала уже очень давно. Она улыбнулась. Может быть, озеро немного претендовало на неё.
Глава 10
Огни горели на поле. Трибуны были полны, и она могла слышать счёт со стоянки. Каждый раз, когда он звучал, громкие возгласы из толпы следовали за этим. Пребывание там навеяло ей больше воспоминаний, чем хотелось бы, но она знала, что поступает правильно. Она решила, что ей нужно собрать кусочки себя вместе, чтобы принимать решения, которые были не во избежание прошлого поведения или даже идей определенного поведения.
У неё никогда не было длительных отношений, потому что она всегда либо прекращала их, либо убегала задолго до того, как мужчины были готовы к ним. Она также никогда не позволяла мужчинам полностью войти в её жизнь. Они никогда не встречались с её друзьями и семьёй. Джаред был единственным, кого она привела на озеро. То, что произошло между ними, заставило её не желать портить это место подобными ситуациями.
– Эй, Фи! – Давняя лучшая подруга Фиби, Дейзи, появилась из неоткуда. – Я не знала, что ты придёшь.
Фиби крепко обняла её.
– Я и сама не знала. – Она посмотрела на подругу с головы до ног. Выглядя грустной и усталой, она начала было спрашивать всё ли в порядке, но передумала. – Прости, что не позвонила тебе. Я была в суде и только сегодня вернулась.
Дейзи покачала головой, и концы светлых волос хлестнули её по лицу. Она засмеялась. Это заставило её выглядеть ярче. Фиби улыбнулась.
– Полагаю, ты здесь, чтобы увидеть Джареда. – Дейзи взяла Фиби за руку. Она кивнула.
– Да. Он сказал ранее то, что не имело смысла, но теперь имеет. Я просто подумала, что дам ему знать об этом.
Дейзи потянула Фиби в сторону трибун, где, казалось, сидели горожане. Море людей было в бордово-белых цветах, но Фиби оглядывалась в поисках знакомого лица. Она не сразу его увидела, но заметила другие лица. Александр был там, как и близняшки. Дрожь пробежала по её спине, когда она вспомнила о том, что в последний раз когда она была на одной из этих игр, близняшки тоже были там. Она снова посмотрела на них, наблюдая, как они хихикали друг с другом так же, как и во времена школы. Джеки стояла с Фиби и махала кому-то, как сумасшедшая. У Фиби словно скрутило желудок. Она просто знала, что если повернётся и посмотрит, кому машет Джеки, то увидит Джареда.
– Ему наплевать на любую из них.
Фиби напряглась и поняла, что задержала дыхание.
Дейзи потрепала её за руку.
– Он никогда этого не делал, Фи. К тому же, мы больше не в старшей школе. – Она огляделась по сторонам. – Ну, мы в старшей школе, но мы не ученики. Ты взрослая женщина, которая знает, чего хочет, и делает то, что нужно. – Она покачала головой и выпрямила спину. – Ты пойдёшь туда и потребуешь своего.
Фиби покачала головой.
– Он не принадлежит мне, Дейзи. Никогда не принадлежал. – Узел в её животе сжался ещё сильнее. Как будто Джареду было на неё наплевать. Что всё, что произошло между ними, было так же, как и в первый раз, трюк для бедных первокурсников, которые не знали ничего лучше. – Всё как в прошлый раз, – прошептала она, но Дейзи услышала.