— Я не понимаю, капитан, — признался он напряженно.
— Твою смерть, Гестион. Единственное, что я не имею права требовать от тебя. Ты должен отдать ее по собственной воле.
— Я в любом случае умру здесь, капитан. Когитатор апотекария сделал прогноз. Мои органы слишком сильно повреждены. Скоро я впаду в кому, и тогда смерть наступит быстро.
Еще один демон атаковал, нацелившись в Гестиона. Лисандр встал у него на пути и принял удар на свой щит. Капитан отступил на шаг, прежде чем взмахнуть Кулаком Дорна и разорвать демона на лоскуты тени.
— Прочь! — завопил Лисандр. — Как Дорн вышвырнул демонов с Терры, так и я выброшу вас отсюда! Возвращайтесь в варп гореть в ярости ваших богов! Сегодня вы не получите Лисандра!
— Я сказал себе, что в смерти нет позора, если это смерть воина, — проговорил Гестион. Он держал нож перед собой, но рука дрожала, так как большая часть мышц обгорела и силы покинули его.
— Это будет не смерть воина, — пояснил Лисандр. — Она будет ужасна. Ты пойдешь на это, мой брат? Я прошу, как друг, не как командир. Ты согласен?
Гестион перевел взгляд с Лисандра на демонов. Их стало еще больше, словно апотекарион исчез, а на его месте возникло пекло, созданное из демонической плоти.
— После вашего прибытия с Малодракса, — произнес технодесантник, — кое-кто говорил, что вы не должны возвращаться в наши ряды. Слишком велик был риск, что вы… кое-что принесли с собой. Что вы испорчены, где-то глубоко внутри.
— О чем ты говоришь, Гестион? — спросил Лисандр.
Голос космодесантника дрогнул, когда он выдавил слова:
— Ты спрашиваешь, могу ли доверить тебе свою смерть, брат. Мой ответ… я не знаю.
Стены вогнулись, и демоны прорвались сквозь них, реальность лопнула, словно разорванная кожа. Танцующие в Пропасти заревели подобно смерчу из демонической плоти, в центре которого находились Лисандр и Гестион. Лапы обрушились на Имперских Кулаков. Лисандр принимал удары щитом и рукоятью Кулака Дорна, насколько возможно защищая Гестиона. Технодесантник парировал удар когтя, появившегося из стебля извивающейся узловатой плоти, и разрезал его своим ножом, но другие когти зацепили его и нанесли новые раны на не успевшей до конца восстановиться коже. Гестион рухнул с кровати на одно колено, на шее появился кровавый порез, обнажив позвонки и сухожилия.
Гестион зарычал в гневе. Он схватил одного из Танцующих свободной рукой и вытащил его из кружащейся массы. Космодесантник вонзил нож в его меняющееся лицо, черты расплылись вокруг лезвия. Конечности рассыпались и трансформировались, извиваясь под Гестионом и сжимаясь вокруг него, чтобы удержать технодесантника на месте. Лисандр пнул и раздробил тело демона массивным бронированным ботинком, отбросив остатки от Гестиона взмахом молота.
Танцующие приблизились. Дюжина конечностей схватила Гестиона, сбила его с ног и потянула в толпу демонов. Лисандр закричал и попытался оттащить технодесантника, даже когда Танцующие вцепились и в него, оставляя глубокие следы на керамите брони и щита, царапая лицо и глаза.
— Я был там, когда взошло черное солнце! — Голос первого капитана перекрыл свист когтей демонов. — На кроваво-красных песках я сразил его! — продолжил Лисандр. — Швырнул голову в аммиачное море! Я выступил против тебя и разбил! Я — Золотой Гнев Малодракса!
Это случилось на проклятой земле Малодракса, там Танцующие в Пропасти впервые проникли в реальное пространство, вытянутые из Хаоса тысячами голосов, охваченных ужасом и болью. Малодракс был одним из миллиона миров, открытых, завоеванных и впоследствии забытых Империумом, и захваченных силами варпа, которые не забыли о нем. Из кремниевых гор и аммиачных океанов руками рабов и колдовством чемпионов Хаоса были сотворены ямы и лабиринты смерти. Каждая темница была посвящена определенной форме пытки и казни. Мастера молили Бога Перемен отправить их на Малодракс, чтобы они могли создать чудеса, которые не позволил бы ни один разумный мир. Между ямами смерти скакали демоны, а среди них Танцующие в Пропасти, которые воплотились из материи варпа, чтобы с радостью следить за миллионами умирающих.
Культисты на судоходных линиях Империума направляли лайнеры и суда пилигримов в мертвый, необитаемый космос вокруг Малодракса. Их живой груз выбрасывался в ямы смерти, и Танцующие в Пропасти среди прочих демонов и безумцев приветствовали несчастных в их новом и последнем доме — лавовых камерах и гнездах с паразитами, в бесконечных туннелях, обшитых сталью и увешанных содранной кожей, в кислотных родниках и погребах, наполненных острыми клинками.