Я помогла архитектору накрыть на стол, села и расправила складки на юбке. Не передать моей радости, когда на второй день после моего приезда Барс, по просьбе Графа, съездил со мной за моими вещами. Я не могла нарадоваться. Теперь у меня были и вещи, и любимые книги.
- Может завтра прогуляетесь по городу? – внес неожиданное предложение Граф, переводя взгляд на меня. – Анна, не хочешь попробовать свои силы теперь, когда знаешь уже куда больше? Нужно нарабатывать опыт.
- Да! Спасибо, спасибо, спасибо! – я едва не прыгала на стуле от радости. Все эти дни из дома я выходила разве что только в сад и то редко, с риском наткнуться на Женю, который пусть и был неплохим учителем, нервы продолжал трепать так же.
- Уверен?
Барс нахмурился, но без прежнего недовольства в глазах. Парень был сейчас куда серьезнее, чем обычно.
- Да. Наведайтесь в больницу, проверьте детское отделение, - пожал плечами мужчина.
Барс нахмурился ещё больше, а я, совсем как ребенок, заерзала на стуле. Выйти из дома, в город, хотелось просто нестерпимо.
- Хорошо, - сказал наконец парень с каким-то непонятным напряжением. – Встанешь завтра раньше, проведу инструктаж и пойдем. К обеду… - Женя посмотрел на Графа. Мужчина чуть махнул рукой. – вернемся.
- Я поняла, - я улыбнулась парню. Наверное, впервые за эти дни я улыбнулась абсолютно искренне. Женя пару мгновений внимательно смотрел на меня, а потом отвернулся. Ну и ладно, сейчас я была настолько счастлива, что его хмурое настроение никак не могло на меня повлиять.
***
Получасом позже
Анна и Евгений ушли тренировать защиту на дуэлях, а Алексей остался наблюдать за ними из окна кухни, хоть они и не знали об этом. Мужчина смотрел на точные и выверенные движения друга и немного суматошные, но правильные движения девушки и понимал, что друг был прав – из девчонки выйдет действительно хороший архитектор, один из лучших, жаль, что сейчас они не могут дать с Евгением ей всё, что она должна знать. Всё-таки Алексей ещё не до конца доверял ей. Пусть он и не нашел ничего подозрительного, и история об её исчезновении гремела на весь соседний город, привычка ждать удара в спину не давала расслабиться.
Алексей скривился. Еще и проверяющий из Арха завтра приезжает. И как назло Николас. Черт, будь воля мужчины, он бы давно уже выстроил дворец над головой француза и забыл бы про его существование. Чертов выскочка, который не в состоянии развеять даже простенькое проклятье. Единственное, в чем французишка был хорошо, так это навешивание лапши на уши девушкам. О да, это он умел прекрасно! Алексей обратил внимание, как Анна блокирует очередную попытки возвести башню над её головой и с легкой улыбкой покачал головой. Что-то ему подсказывало, она не купится.
Девушка вообще вызывала в нем какие-то двойственные чувства. С одной стороны, её хотелось оберегать, защищать, словно сестру, с другой стороны архитектор всё чаще ловил себя на мысли, что девушка недурна. Волосы, которые она заплетала на тренировки, в свободном виде спадали до плеч шоколадным водопадом, а зеленые глаза, лучащиеся весельем, смотрели на мир ещё совсем по-детски, несмотря на то, что девушке пришлось пережить. И юбка эта чертова, которую она носит уже второй день. Алексею с трудом удается уговорить себя не смущать девушку и не смотреть на прямые ножки девчонки, которые она иногда закидывает одну на другую.
- Еще раз, - Евгений снова напал на девушку и той пришлось защищаться.
Алексей смотрел на друга и понимал, что и у того на душе сейчас весьма похожие чувства. И если отбросить все чувства, архитектор понимал, что Евгений подходит девушке куда больше, чем он. Он моложе, ближе к её времени и с ним она сошлась куда проще. Алексей же… Для него было удивительным услышать свое сокращенное имя из её уст. Она произнесла это так легко и просто, словно только так его и называла всегда. Алексей, наверное, навсегда запомнит тот румянец смущения, который вспыхнул на её лице, когда она поняла, как к нему обратилась. В этом не было ничего страшного, нет, всего лишь вопрос воспитания практически двухсотлетней давности. Да, он сознательно занизил собственный возраст перед девушкой. Отчего-то не хотелось, чтобы она считала его стариком, пусть по меркам архитекторов он им и не был.