- Анна, - Алекс отпустил мою руку, плотно закрыл дверь, а потом сделал шаг ко мне, словно хотел обнять. Я отскочила от него, как от чумного. Слезы, которые я сдерживала с момента гибели Верховного покатились по щекам.
- Не подходи, - это было единственно, что я смогла из себя выдавить. Парень замер, в глазах мелькнула боль, природы которой я не понимала, да и не хотела понимать, если честно. – Ты предал нас… Нет, ты изначально был шпионом, предателем, - я говорила тихо, не смотрела даже на Змея. Да, Змея. Это прозвище ему подходит больше. – Мы ведь неслучайно нашли тот ход? Барс сказал, их нельзя найти случайно. Это ты привел сюда Отреченных…
Теперь я понимала, почему Алекс прибился к нам, почему так живо расписывал ребятам планы Отреченных. Ему нужно было попасть в Арх, а потом провести сюда своих. И некоторая излишняя осведомленность Алекса теперь была понятна, и его подготовка. И ведь последнее время Граф ему не доверял, я видела. Списала всё на ревность, дура, а вот как оказалось… Точно дура. Теперь ещё и с разбитым сердцем.
- Анна, прошу. Я хочу вытащить тебя отсюда, - Алекс больше не пытался подойти, лишь протянул ко мне руки. Я отступила на шаг, обняла себя за плечи. Я больше не поверю ему. Только не ему, только не сейчас, после всего, что я увидела.
- Калла, пожалуйста, - Алекс опустил руки и больше не пытался меня даже коснуться, но я чувствовала его взгляд.
- Не называй меня так, - я вскинула голову, со злостью и болью смотря на Змея, который отступил на шаг, словно обжегшись о мой взгляд. Прозвище данное им, сейчас неприятно резало слух.
- Они убили моих родителей, точно так же, у меня на глазах, хотя могли просто лишить силы, памяти и отпустить. Я в своем праве.
И пусть Алекс говорил уверенно, я чувствовала горечь в его словах. От чего, это уже вопрос, но сейчас мне до этого нет дела.
- Зачем я тебе? Поиграться, а потом тоже казнить, когда остальные закончатся? – я говорила тихо, но смотрела прямо в глаза. Родные, мать его, глаза. – Я не принесу Шакалу и Лису ни одной клятвы. Хочешь быть милосердным? Убей сам, сейчас.
Последние слова прозвучали жестко, даже жестоко. Алекс дернулся как от удара. Возможно, глупо, возможно, я говорю на эмоциях, но становиться частью этих мерзавцев точно не желаю. Да и…если Барса и Графа казнят, а Архом завладеют Отреченные, мне некуда будет идти. Меня либо в конечном счете найдут и убьют, либо я забьюсь в какую-нибудь нору и сойду с ума. Жаль, живут архитекторы куда дольше обычных людей. Сейчас действительно жаль.
- Ты не должна отвечать за их грехи. Аня, я хочу спасти тебя, - Кот…нет, Змей, сделал плавный шаг ко мне, и мне огромных сил стоило не отступить назад. Собственно, отступать дальше некуда, за спиной только кровать. – И я никогда не причиню тебе вреда.
- Что, захотелось собственную игрушку?
- Дура, - беззлобно, тихо, - я должен был избавиться от тебя ещё давно. Должен был, но не стал. Рука не поднялась.
- От чего же?
- Понравилась, - просто сказал он, едва заметно пожав плечами.
Я вздрогнула. Почему всё так? Почему? Он ведь мог отказаться мстить, мог прийти ко мне и всё объяснить. Почему нет? Мы бы придумали, что делать. Вместе.
Пришлось остановить жалостливый поток мыслей. Не нужно себя обманывать, Алекс пошел на всё осознанно, разве что, чуть подкорректировал планы из-за моего присутствия. Он втерся в доверие во время своего плена, который наверняка был липовым, потом старательно строил из себя бедного мальчика, у которого трудный период и только в Архе показал себя. Он осознанно пошел на предательство, убил Верховного и практически подарил Отреченным Бран и Арх. Он прекрасно понимал, что творит.
Я не успела ответить (да и не знала, что, если честно), потому что в комнату вошли. Показательно без стука, широко раскрыв дверь. Как хозяева, чтоб все их замки рухнули…
- Змей, собрание. Бросай свою игрушку, у вас ещё ночь впереди, -оскалился в кривой улыбке мужчина, тоже, видимо, из Совета.
- Она ученица, Грач, - холодным голосом произнес Змей, делая шаг ко мне и шепча на ухо:
– Я сделаю всё, чтобы вытащить тебя. Я поклялся Графу, что никогда не причиню тебе вреда. Просто поверь мне.
Змей отступил, коснулся моей щеки, - я даже не пошевелилась, - нацепил маску безразличия и вышел из комнаты, даже не обернувшись. Грач с пошлой усмешкой посмотрел на меня.