- Сговорились или нет, но закон в этом отношении прост – беременные не подлежат наказанию. Так же, если жена решила разделить вину мужа, тяжесть преступления делится на двоих и наказание меняется. – Пегас был абсолютно спокоен. Пусть он и был в числе тех, кто сидел в темнице по вине Алекса, архитектор понимал, кому обязан своим спасением, пусть весьма опосредованным и рискованным. В какой-то степени эти двое даже нравились ему. Девушка сильна – мало кто решился бы во вред себе пытаться спасти других. И парень не промах – видно, что её благополучие для него приоритет, но он решился на авантюру, чтобы она не чувствовала за собой вины. – И не тебе, Кето, менять законы, написанные ещё первыми архитекторами.
Лицо Кето покраснело, мужчина задохнулся от злости, но промолчал.
- Мы вполне можем посадить обоих под наблюдение, а когда девушка родит, лишить силы, стереть память и отпустить, - Немо внимательно листал собственные записи, но и к разговору прислушивался. – Это оптимальный вариант.
- Нужно сохранить им память, - вмешался Барс.
- К чему? Чтобы они воспитали ещё одного предателя? Если и делать, как вы предлагаете, - с нескрываемым пренебрежением протянул Кето, - то нужно лишить обоих памяти, иначе они воспитают ублюдка себе под стать.
Граф не сдержался. Сила волной прошлась по комнате, сбивая архитекторов со стульев. Барс, прекрасно понимающий друга, удержался, да и Пегас успел схватиться за стол. Остальным не повезло.
- Граф, твой интерес тут понятен. И я уже говорил, что можно…
- Кето, ещё слово и я исключу тебя из Совета и сделаю рядовым архитектором. – оборвал архитектора Алексей. – Пегас прав – закон един для всех, а потому никого казнить мы не будем. И памяти лишать тоже. И имей уважение к беременной, кем бы она не была. Наша свобода – её заслуга. Её и этого парня. И признай уже это, придурок. Уйди они и наплюй на всех – нас бы в живых уже не было.
- Может ты им и силу оставишь? Кето не прав, да, но и ты, Граф. Твоя любовь к девчонке очевидна уже всем, так же, как и твой интерес, который мешает мыслить здраво.
- Немо, я думаю головой.
- Не будь ты главой Совета – отстранился бы, - Барс медленно поднялся на ноги. – В любом случае, нам нужно решать, что делать. И Алекс, и Анна сильные архитекторы и у них родится сильный ребенок, почти со стопроцентной вероятностью – архитектор, который может стать неплохим подспорьем в дальнейшем. Было бы глупо разбрасываться такой силой. Но и оставлять её им будет опрометчиво. Наказание должно последовать в любом случае.
Граф не понимал, к чему ведет друг, но в одном он был прав – необходимо было принимать решение.
Глава 19
Анна
Где-то в глубине души я подозревала. Я подозревала, но не хотела знать наверняка, а когда узнала… Беременна, я беременна. Я минуту точно смотрела на женщину, не понимая, как та, просто посмотрев на меня, сумела это определить. Она лишь коснулась меня, а потом улыбнулась.
- Поздравляю. Вы беременны.
Дальше я мало что слышала, да и соображала с трудом. Очнулась только тогда, когда вернулась к Алексу. По его лицу было видно, что и ему новость уже сказали. По залу ходили шепотки, в основном просящие моего помилования. Надо же, как быстро меняется мнение людей…
За нашими спинами захлопнулась дверь ненавистной комнаты. Алекс тут же притянул меня к себе, крепко обнял.
- Я сделаю всё, чтобы вы выжили, - тихо прошептал парень. У меня по лицу покатились слезы. Ладно нам жизнь сломают, мы с Алексом сможем жить как люди, научимся, но ребенок… Неужели они втянут во все это ещё и его? Я не прощу себе, если мой малыш останется здесь, а меня вышвырнут за порог. Никогда не прощу. И никогда не забуду…. Однако нужно кое-что спросить…
- Ты рад? – голос мой звучал тихо, чуть хрипел от сдерживаемых слез. Алекс не прав, не он, Мы, сделаем всё возможное, чтобы наш ребенок жил, жил не в клетке и ненависти, а в любящей семье, в своей семье. Я убью, если потребуется и совесть в этот раз меня мучить не будет.
- Я абсолютно счастлив, Калла. Счастлив как никогда, - Алекс посмотрел на меня и нахмурился, увидев слезы. – А ты нет?
- Они же не заберут его, правда? Алекс, они же не посмеют? Он же наш…наш…
Я позорно разревелась, а Алексу ничего не оставалось, как обнять меня крепче. Парень поднял меня на руки и положил на кровать, сев рядом. Его рука рассеяно легла на мои ладони, которые рефлекторно прикрывали живот.