Граф снова взял в руки игрушку и прошел за мной в детскую. Оливер спокойно спал в кроватке, посасывая во сне большой палец. Сынишка спал спокойно, он вообще был очень спокойным ребенком, чему я была рада. Глазки, такие же яркие, как у его отца, сейчас были закрыты, личике освещала улыбка – видимо, малышу снилось что-то хорошее. Оливер был укрыт тоненьким одеялком, в ногах лежал более теплый плед, который я отложила из-за жары. Граф аккуратно коснулся одеялка.
- У тебя красивый сын.
- Спасибо, - я улыбнулась, наблюдая, как Граф ставит мишку в угол кроватки, в ногах ребенка. На лице мужчины расцвела улыбка, а я окончательно расслабилась. – Чаю?
- Не откажусь.
Мы тогда о многом поговорили. Я видела, что Графу до сих пор тяжело меня видеть, но боли почти не осталось. Архитектор расспрашивал, как мы жили всё это время, рассказывал новости Арха. Совет, кстати, урезали, а Кето понизили. Граф даже сказал, что через пару лет попытается выдвинуть на совещание вопрос о нашем с Алексом помиловании. Я лишь кивнула с благодарностью.
Мы говорили обо всем, а в конце, перед самым своим уходом, Граф сказал:
- Я рад, что он сдержал свое слово и сделал тебя счастливой.
- И ты когда-нибудь будешь также счастлив, я уверена, - я обняла архитектора на прощание, закрыла за ним дверь и почему-то разревелась. Мне бы радоваться, а я…
Такой меня и нашел пришедший с работы Алекс, который тут же устроил переполох. Мне выдали кружку горячего какао, усадили на диван и потребовали рассказ. Игрушку в кроватке Алекс приметил сразу, как только зашел проведать сына, а потому примерно знал, что я ему скажу.
- Он поступил правильно, Аня. И он со всем справится, - губы Алекса коснулись моей макушки. – Всё же хорошо, чего ты разнервничалась?
Я лишь крепче прижалась к мужу, а потом, всё-таки взяв себя в руки, отправилась на кухню его кормить. Алекс прав, у Барс и Графа всё будет хорошо.
Уже потом, через несколько лет, я узнала, что Барс женился на молодой архитекторше из России, с которой они познакомились, когда он искал бесхозных архитекторов. На свадьбу нас пригласили, но вылететь мы не смогли. Я ждала второго ребенка, и Алекс опасался, что перелет может повредить мне и малышке. Я не стала спорить с мужем.
Граф так и не женился, однако Барс, который заезжал к нам с молодой женой через полгода после свадьбы, сказал, что женской лаской глава Совета на обделен. Не сказать, что сам Алексей был этому рад, но я успокоилась. У него всё сложится, обязательно сложится.
Алекса всё же помиловали. Это случилось через десять лет после того, как ему заблокировали силу. Арху понадобилась помощь сильных архитекторов, и Совет вспомнил про Алекса. Тогда и Граф сыграл не последнюю роль в помиловании моего мужа, за что я была ему благодарна.
Когда Алекса разблокировали, мы оба не верили счастью. Кот радовался, как ребенок и я могла его понять. За столько лет нашей совместной жизни он научил меня многим теоретическим основам, многим приемам и я теперь сама не представляла, каково это – лишиться силы.
В Арх мы так и не вернулись. Алекс бывал там раз в год на общем собрании, но я не желала и слышать о поездке туда. Тем более Оливер рос и я всё больше опасалась за него. Моники, нашей дочери, договор не касался, но и её лишний раз привозить в Арх я не желала. Чем дальше они были от Трансильвании, тем спокойнее мне было.
Я, кстати, связалась со своими родителями. Пришлось просить Алекса подправить им воспоминания и сделать так, чтобы они никому не рассказывали о нас, однако оно того стоило. Теперь, спустя долгих одиннадцать лет я смогла увидеть родных, обнять мать и показать ей с отцом внуков. Алекс ездил в Россию со мной и даже без поправки памяти был принять всей семьей.
Я смотрела на счастливых родителей, которые болтали с внуками, прижимаясь к знакомому телу. Руки Алекса всё также крепко, как и много лет назад, прижимали меня к себе. И всего этого мне было более чем достаточно для счастья. Да, я определенно была счастлива.
Однако договор всё-таки пришлось исполнять…
Эпилог
С тех событий в Архе прошло шестнадцать лет. Алексу вернули силу, Оливер скоро закончит школу, а Моника должна пойти учиться. Был тихий семейный вечер. Я накрывала на стол, за которым уже собралась вся наша небольшая семья. Оливер и Моника что-то увлеченно смотрели в планшете, - не смотря на разницу в возрасте дети ладили отлично, - Алекс провожал взглядом меня, рассеянно улыбаясь. За столько лет это вошло у него в привычку. Как и у меня.
- Оливер, убирайте планшет, всё готово, - я поставила последнюю тарелку на стол, села рядом с мужем, наблюдая, как сын отложил планшет и, пододвинув стул сестре, принялся за еду. Однако, длилась идиллия не долго.