— Ну как, кот? — спросил, зевая, Стив, — Легче?
— Мя! — ответил кот, запрыгнул Стиву на колени и боднул в подбородок.
Стив устало закрыл глаза.
— Стиви, не спи, — встревоженно сказал Баки. — Идем, я тебя накормлю.
— Тяжко не спать, — Стив протянул к парням руки. — Ведите меня на кухню.
Из кресла Денис с Баки вытянули Стива вдвоем. Барон спрыгнул и пошел на кухню впереди всех, гордо задрав хвост. Для него все было в порядке вещей. Вот мой хвост, он задран, вот моя лапа, она не болит, остальное не стоит внимания и памяти.
Для Баки магия Стива каждый раз оставалась чудом. Загадкой. Тайной. Он не понимал, как Стив это делает, и знал, что вряд ли когда-нибудь поймет. Просто радовался, что у него получается, и беспокоился, видя, как тяжело она Стиву дается.
А ведь еще этот «ктулхеныш» впереди. И лучше с ним не затягивать, потому что кто его знает, что может натворить такая штука, лишенная привычной «дозы». И как скоро в Мидгарде может завестись очередная ГИДРа.
Стив послушно сел на стул и съел всё, что ему дали: мясо с мясом, заправленное овощами с мясом. В углу кухни хрустел кормом Барон.
— Акури тоже ел сразу после перерисовки, — заметил Стив. — Совпадение? Или нам придётся ещё и мидгардскую задачу кормить после всего?
— Он рыбоед, сам наловит, — покачал головой Баки и налил Стиву и Денису чая, а себе — пива. — А хорошо я устроился. Могу пить пива сколько влезет, и никаких последствий.
— Если выпьешь последнюю бутылку, мама тебе еще те последствия устроит, — предупредил Денис. — Она все последнее предпочитает сама подметать.
— Значит, надо закупиться, — сказал Баки. — И чего я раньше не любил темное пиво?
— Может, ты «Гиннес» пил, он горчит. А мама дома держит только чешские сорта, они сладкие. Чехи вообще считают темное пиво «дамским».
— Ну дамским так дамским, — фыркнул Баки.
— А я хочу винограда, — заявил Стив. — Но сейчас в меня уже ничего не влезет. Поможете взобраться наверх? А завтра — по магазинам. Денис, ты работаешь завтра?
— Работаю, — кивнул Денис. — Кстати, виноград с забора уже собирать пора. Сорт, конечно, поздний, но уже за середину ноября перевалило. Так что будет у нас виноградная диета.
Они проводили Стива наверх и улеглись вместе с ним, Баки справа, Денис слева.
Стив крутился на месте, никак не мог выбрать, кого обнять. Он хотел быть ближе и к Баки, и к Денису. В конце концов они улеглись «ложечками» — Баки, Стив, Денис, прикрывающий Стиву спину.
После сеанса прикладной магии ни у кого не было и мыслей о сексе. Все силы ушли туда, в Барона. Кот, кстати, уже успел погонять Карая и ушёл спать к Басте. Гордо задранный кошачий хвост стал главной наградой вечера. Стив улыбался во сне, обнимая Баки за талию и чувствуя горячие руки Дениса на своём животе.
А завтра будет новый день.
========== Глава 19 ==========
— Четырнадцатого февраля! — возмущался Баки, повязывая галстук. — Четырнадцатого блядского февраля! Он другой день не мог выбрать?
— Зато символично, — заметила Туу-Тикки из кресла. — Что поделать, если в этом году Имболк пришелся на четырнадцатое?
— Нет, ну я не могу! Меня ж дети спросят: папа, а когда вы поженились? И я им отвечу — «В день Святого Валентина»? Кошмар.
— Да ладно тебе. Зато весело. И потом, днем официального заключения брака будет считаться тот, в который вы подпишете контракт. Это когда будет, кстати?
— Как дом достроим. Собственно, осталось мебель закупить и Бран с садом заканчивает. Кстати, спасибо, что послала духов натаскать земли. Мы и так едва в бюджет вписываемся.
— Вы всегда можете попросить у нас помощи, у нас достаточно денег отложено.
— Мам, мы взрослые самостоятельные люди, мы что, не можем дом построить на свои?
— Можете, можете, — утешила Туу-Тикки. — У тебя на счету хоть что-то осталось?
— Тысяч пятьсот. Но мы потом со Стивом посчитаемся, он докинет. Да я и работаю. И он работает. На текущие расходы хватит. Кто с ним сейчас?
— Грен. А с Денисом Алька. Хватит прихорашиваться, Баки, ты и так прекрасен.
Стив сидел у себя в комнате и нервничал. Он уже оделся, был готов спускаться вниз, в гостиную, но у него было ещё минут пятнадцать в запасе. Стив рассеянно гладил Барона, уговорив того не влезать к нему на колени: чёрная шерсть на сером костюме была бы очень заметна.
— Все будет хорошо, — сказал ему Грен. — Спокойнее, Стив. Я и то так не волновался оба раза, что мы с Туу-Тикки поженились.
— А вы женились дважды? — спросил Стив и скривился. — Я знаю, что всё будет хорошо, но это же свадьба!
И Эшу обязательно что-нибудь отмочит, Стив был уверен. Как бы сильно он не изменился, его язвительность и любовь к шуткам осталась той же.
— Как люди — в муниципалитете, и как сидхе — в Ллимаэсе. Туу-Тикки так похудела тогда, что я почти испугался. Мы неделю ели только свежевыловленную рыбу и ягоды. Как-то нам было не до еды, — Грен улыбнулся. — Сороковая годовщина в этом году. Как русские говорят — рубиновая.
— Большой срок, — улыбнулся Стив. — Так и хочется спросить рецепта… Я постоянно боюсь сделать что-нибудь не так.
— Не бойся. Все вы время от времени будете делать что-нибудь не так, потому что и вы друг друга знаете не так долго — я имею в виду вас теперешних, а не прежних. К тому же вы будете меняться с течением жизни. Это нормально. Просто будь готов к этому — к тому, что Денис перестанет любить чай или Баки подсядет на пуэр, к тому, что кто-то из вас может завести змею или паука-птицееда, к тому, что у вас могут оказаться несхожие представления о безопасности. Просто говорите об этом. Говорите много, говорите часто, озвучивайте все, что гложет.
— Паук, бррр! — передёрнулся Стив. — Если он будет в террариуме и подальше от моей студии — хорошо. У нас на лесопосадке парня укусила чёрная вдова, он оказался из аллергиков, парня еле откачали. Господи, у меня свадьба, а я — о пауках.
— Ну почему бы и не о пауках? — удивился Грен. — Зато время скоротаем. Птицееды красивые и не особо ядовитые, если ты не мышка и не таракан. Я видел потрясающего — сине-фиолетового с металлическим отливом. — Грен глянул на часы. — Нам пора, Стивен.
— Poecilotheria metallica, я такого Хармати нарисовал… — сказал Стив и встал, одёрнул костюм. — Да, идём.
Внизу, в гостиной, убранной вдобавок к обычным цветущим лианам воздушными шарами, вся мебель была сдвинута к стенам. Игорь, во всей своей эльфийской красе, тихо играл на арфе. Эшу, тоже нарядный, курил. Дани обвешался украшениями, как рождественская елка. Пришли Тами, Грен-Средний и Дэниэл, нарядные и взволнованные. Принарядился даже Бран — надел новые черные джинсы и зеленую рубашку.
Туу-Тикки, Алька и Грен подвели Баки, Дениса и Стива к Эшу.
— Да будет так, — сказал он.
Это всё, подумал Стив, и больше ничего? Теперь они женаты?
— Стивен Грант Роджерс, — начал Эшу. — Джеймс Бьюкенер Баки Барнс. Денис Воронцов-Эккенер. Я готов выслушать и засвидетельствовать ваши клятвы.
Низкий голос торжественно раскатился под потолком, отразился от стен. Взревел огонь в камине.
Баки сглотнул, сжал руки Дениса и Стива и произнес:
— Я, Джеймс Бьюкенен Баки Барнс, клянусь любить Дениса и Стива, хранить им верность, поддерживать их, быть с ними в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в здоровье и в немощи, пока смерть не разлучит нас.
Сердце Стива скакнуло куда-то к горлу.
— Я, Стивен Грант Роджерс, клянусь любить Дениса и Баки… — от волнения Стив не смог придумать ничего лучше, чем повторить сказанное Баки, добавил только одно. — Встать между ними и любым злом, которое посмеет встать перед ними и угрожать им.
Сказал — и покраснел, смутившись ещё больше.
— Я, Денис Воронцов-Эккенер, — сказал Денис, — клянусь любить Стива и Баки и хранить им верность, быть им опорой в горе и радости, в здоровье и немощи, в богатстве и бедности и клянусь, когда смерть разлучит нас, дождаться их возвращения, чтобы снова дать нам шанс быть вместе.