Мифы во вред себе.
(Эссе).
Образ юного гения, не выдержавшего неравный бой с пошлячкой жизнью. Легендарный клуб «27». Сколько десятков лет этому сценарию медленного или спонтанного самоубийства? Да не десятков, лет двести уж будет. Спасибо господам романтикам (отдельная благодарность Гете с его романом о страданиях юного Вертера).
Пишущая братия вообще как-то стремится к самоуничтожению. Кто-то свыше, наверно, решил, что поэты - тупиковая ветвь эволюции и заложил в нас эту каверзную программу. Вот, потому, и беспокойные такие: дуэли, тюрьмы, случайные неслучайности, самоубийства. Или причина в другом? В осознании своей невостребованности, вынужденном одиночестве каждого из нас? Поэтому побыстрее из жизни «сбежать» стремимся?
Сейчас все больше и больше говорят, что серьезная литература никому не нужна. Да, действительно: сборники поэзии, которые читают только опубликованные в них авторы, издания, интересующие окололитературную богему и филологов. На фестивалях поэзии зрители, они же - участники. Литературные вечера посещают сплошь друзья-родственники. Причем, подчеркну, это не зависит от уровня произведений. Сейчас хороших авторов очень и очень немало. Благо, доступ к книгам у нас уже не тот, что лет тридцать назад. Любому пишущему человеку, богатому наследнику литературных сокровищ, проще научиться составлять свой вполне грамотный и читабельный текст. Не стану говорить о «раскрученных» авторах. Пиар - штука тонкая и не всегда качество предлагаемого товара соответствует громкой заявке. Хочу обсудить не пиар-технологии в литературе, а несколько иное.... Как часто мы, наслушавшись речей в духе «поэзия теперь никому не нужна», впадаем в депрессию и панику? Да, тут и дров наломать немудрено. Множится и множится по тусовкам и редакциям эта унылая плесень, в трясину превращается. Затягивает. Стоп. Неужели только сейчас «среднестатистический читатель» стал брезговать умными книгами, а «высокая литература» лишь лет десять-двадцать назад стала чем-то маргинальным, зверем таинственным, критику только известным?
Очень я современные мифы люблю. Не пойму только: бюро пропаганды так лихо работает или мы сами настолько талантливо себе врем, что искренне в свою ложь верим? Миф о самой читающей стране - один из самых мной нежно любимых. Поэты, собирающие стадионы слушателей. У каждого второго пассажира метро в руках книга. У каждого третьего - в портфеле самиздат. Сейчас, когда топтаться по шкуре (какой уже шкуре - костям) мертвого медведя стало совсем безопасно, многие любят вспоминать как в молодости диссидентствовали. Послушать, так почти у всех Набоков и Оруэлл, на машинке перепечатанные, за собранием сочинений В.И. Ленина спрятаны были. Мне интересно другое: ладно, элита самиздатом лакомилась и на квартирники закрытые ходила (элита, напомню, малая часть граждан). А вот что, например, читала простая рабочая девушка Паша по дороге от ткацкой фабрики в вечернюю школу? Тургенева или «Крокодил»? Сотни, тысячи Паш по всему Союзу? Думаю, дремали они по дороге, держа в руке «Работницу» или «Вяжем сами»? Да и сейчас, на пенсии, наверняка сериалы смотрят, а не Мураками зачитываются. И о Булгакове Паша узнала лишь недавно, благодаря фильму Бортко.
Маяковского знали хорошо. Народные массы его любили. Так ведь власть сама его на пьедестал вознесла. Естественно, не за «Дым табачный воздух выел.», а за популистское «Левой! Левой!» (вот уж тайна, мраком овеяна, почему после таких внутренних разладов рука к револьверу потянулась).
Но отсутствие повального увлечения «высокой» литературой присуще не только советскому периоду. Задумывались, почему «Бродячую собаку» изначально позволялось посещать лишь избранным? Почему любые благие начинания питерских и московских кабаретьеров оборачивались катастрофой, стоило лишь пустить тихонько, через щелочку в занавесочках человека с толстым кошельком? Затем пробирались еще два-три, а затем - пол зала. Неужели Ахматову пришли слушать? Не... им подавай «Босяцкие частушки» или «Квартет каторжан». Вот и весь шансон. Были меценаты (спасибо им, кстати, огромное, за альтруизм). Но тратящих деньги на дело заведомо не приносящее доход, среди купцов было не много. Единицы и сейчас есть. Где-то.