Герман остановил несостоявшегося жениха, который было бросился к почившей:
— Трогать что-либо в комнате запрещено. От вас требуется лишь подтвердить, что всё осталось на своих местах.
— Она мертва… — только смог вымолвить юноша.
— Я не наблюдаю видимых изменений. Мы можем быть свободны, детектив Васнецов?
— Мне нужны свидетели, не отпускайте прислугу с постов, покуда мы здесь не закончим.
— Будет сделано.
— И вызовите полицию, следуя протоколу, отдел магического правопорядка обязан уведомить их о совершении преступления.
Женщина понимающе кивнула и вывела бледного молодого господина из пропахшей смертью спальни, плотно закрыв за собой дверь.
— У нас около получаса до того, как комнату наводнят полицейские, давайте осмотримся.
Тётя Поли осторожно подошла к трупу и вгляделась в черты лица, прошептав под нос «бедная девочка».
— Объясните, Герман. Что мы ищем?
— Любые улики, говорящие о том, что произошло убийство, или женщина сделала сие добровольно. Старайтесь ничего не трогать, дабы не нарушить общую картину.
Детектив даже трупа не стал касаться самостоятельно, выпустив белый туман, окутавший почившую с ног до головы. Тётя Поли, уже порядком насмотревшаяся на покойника и не привыкшая к такому зрелищу, двинулась в сторону камина и массивного комода, запоминая обстановку в мельчайших деталях.
— Тело ещё не успело остыть. Жертва мертва не более четырёх часов. Окоченение также не наступило. Цвет кожи ровный и бледный из-за потери крови, смерть предположительно так же из-за неё. Видимые следы магического вмешательства не зафиксированы. В левой руке обнаружена острая бритва.
— Как интересно.
— О чём вы?
— Взгляните на этот портрет.
Она указала на улыбающуюся девочку в светлом летнем платьице, что держала ладью в левой руке, сидя перед шахматной доской. На следующей картине, что висела рядом, в той же руке мелькал кружевной веер, а разодетая в модное муслиновое платье оливкового цвета девушка очаровательно улыбалась рядом со своим широкоплечим кавалером, что был старше её почти в два раза. Строгий взгляд, военная осанка и прямая поза, полковник стоял рядом со своей дочерью.
— Вы правы. Это довольно странно. — согласился с ней Герман, так же углубившись в изучении картин, а затем скользнул взглядом по камину и нырнул в комод, рассматривая находящиеся в нём вещи.
— Бедняжка была больна. — покачала головой тётя Поли, обращая внимание на пузырьки для лекарств в милейшей розовой коробочке.
Баночка с облатками была чуть приоткрыта, вероятно, желудочное умершая принимала постоянно.
— Здесь не достаёт пузырька. — внезапно заметил детектив, указав на еле заметный круг среди свежей пыли.
— Полки с лекарствами прислуга предпочитает не трогать. Я слышала было несколько инцидентов, когда при уборке случайно передвигали пузырьки с места на место, и человек машинально выпивал не то, что нужно.
— Да, последний случай со смертельным исходом двухлетней давности положил начало запретам на прикосновения к препаратам, негласно действующим в хозяйском доме. — Герман окинул комнату взглядом. — Я не вижу недостающего. Возможно, он закончился, и кто-то из прислуги его выбросил.
— Если человек долго страдает от заболевания, он приходит в аптеку со своим пузырьком и просит заполнить его свежей микстурой.
— Знать тоже так поступает?
— Думаю, есть штатный доктор, который постоянно восполняет запасы и следит за самочувствием пациентки. Мы можем спросить его, какие лекарства принимала покойная, а также проверить журналы и сделать вывод о том, чего среди представленного не хватает.
— Я бы показал имеющиеся препараты врачу, но их скорее всего изымет полиция в качестве улик.
В коридоре послышались шаги, дверь распахнулась, и внутрь прошли представители закона. Всего их было четверо, старший тут же обратился к Герману, пожимая его руку.
— Давно не виделись, детектив Васнецов. Здесь есть работа для нас или всё по твоей магической части?
— Мой туман не обнаружил следов чужой магии, либо они были тщательно зачищены профессионалом.
— Ты закончил с трупом? Мы можем отправлять его на вскрытие?
— Да, мы закончили.
— У тебя напарник появился? Неожиданно. — он с интересом взглянул на старушку. — Инспектор Щукин Фёдор Николаевич, а это мои подчинённые Лесков, Толстой и Семёнов. Будем знакомы.
— Можете называть меня тётя Поли. Я временно помогаю ведущему детективу Васнецову.
— Я бы ещё поболтал с вами, тётушка, но у нас помимо этого ещё три вызова, так что мы постараемся быстро разобраться здесь.